Часть 2. Пробуждние Марии.

Часть 2. Пробуждние Марии.

Глава 1. Рождение Охотницы.

Часть 1.

Идя в школу, Артур планировал сходить к Совету в обеденный перерыв, но, к его удивлению, уже после первого урока его попросили туда прийти. Многие удивлялись, дескать, к чему бы это. Разумеется, придумать они могли многое, как минимум, всем им легенды и слухи в помощь, а уж фантазия способна придумать такое, во что и сам ни за что не поверишь. Но на все вопросы одноклассников Артур лишь пожимал плечами и ничего не отвечал. Он-то предполагал, о чем пойдет речь, но при этом знал, что никто об этом знать не должен, а потому и ускользал от самых настырных, хотя и нелегко было это.

Все же спустя десять минут накала страстей, Артур покинул класс и отправился в кабинет Совета, где его, разумеется, ждали.

Как только он с Кирхстом зашли и огляделись, то удивленно замерли. Чуть ранее Артур с ангелом задавались вопросом: а у остальных членов Совета тоже есть ангелы? И сейчас они оба видели перед собой ответ.

Но от детального разглядывания остальных ангелов Артура отвлек обратившийся к нему Сазар:

— Здравствуй, Артур. Мила говорила тебе, о чем мы бы хотели с тобой поговорить?

— Непосредственно с Милой я не общался. Но Фредерик кое-что рассказал, возможно, это было с ее слов. О том, что вы последовали совету Риза, и о том, что у вас не получилось стереть воспоминания моей одноклассницы Марии. Но ни свои выводы, ни о ваших выводах ни слова, — ответил ему Артур и добавил: — Кстати, своих ангелочков может представите?

— Извини, Артур. В этом ты прав. Мы должны были начать наш разговор с представления. Раньше-то ты их не мог видеть. Итак, моего ангела зовут Витр. Стихия — земля.

— Силикса. Стихия — вода, — назвала свою Мила.

— Кетар. Стихия — ветер, — произнес Грид.

— Лиуна. Стихия — свет, — продолжила представление Лиза.

— Литер. Стихия — лед, — присоединился ко всем предыдущим Корих.

— Дисал. Стихия — тьма, — закончил последним Морих.

Все ангелы были одного размера с Кирхстом, но выглядели совершенно по-разному.

Витр представлял собой уменьшенную копию человека, которого были бы рады видеть на любом приеме, настолько вылизан, а одетый на нем фрак лишь дополнял это сходство. Цвет его темно-коричневых волос говорил о том, что он владеет силой Матери-Земли.

Силикса выглядела веселой девочкой, одетой в белое платьице с голубыми полосами на боках. Цвет ее волос был нежно-голубым, как ясная вода или кристально-чистое небо. Собственно, она и обладала силой водной стихии.

Кетар выглядел беззаботным малым, кувыркаясь в воздухе и летая по всей комнате, мало о чем заботясь. Удивляло то, что таким своим поведением он совершенно не мешал Гриду и, тем более, не раздражал его. Хотя эта беззаботность создавала непринужденную атмосферу. Даже ученики чувствовали его, хотя и не могли видеть, но влияние этого ангела, судя по всему, распространялись и на них. Одет в белую рубашку с зеленым пиджачком поверх и изумрудного цвета брючки. Цветовая гамма намекала на его владение стихией ветра.

Лиуна была улыбчивым ангелом и воплощала в себе все обычные представления об ангелах. Сияющий и искрящийся свет ее словно бы окутывал и одновременно оберегал от напастей, а теплота, исходящего от ее света, могла затмить солнечный свет. Золотая диадема на ее милой головке и золотое легкое платье дополняли образ, создавая ощущение того, что не ангел тут летает, а кусочек света самого творца здесь находится. Она владела силами исцеления и жизни.

Литер пристально глядел на всякого, кто сюда входил, внимательно изучая. Белая рубашка, черные брюки и синий, подобный арктической зиме, плащ в совокупности с постоянно скрещенными руками возле груди создавали очень серьезный вид, что с ним спорить не захочешь. Ледяной взгляд из-за большой концентрации его силы льда в глазах создавал иллюзию отчужденности и отстранённости, хотя такой облик ему придавала его сила. Сам же он был мягким и добрым, только вот внешность его мешала проявить себя.

Дисал был одет во все черное: черная рубашка, черные брюки и черный плащ. Он воплощал силу тьмы.

Несмотря на то, что ангел и человек имели схожую силу, только ангелы были светлым ее проявлением, а вот люди воплощали смесь демонической и ангельской сил из-за смещения потоков в тот момент, когда их предки одолели Повелителей Ада. Только под вопросом оставалось то, что входило ли в планы неведомых Архатов данное смешение.

— Кирхст, — представился ангел сам и вежливо поклонился. В ответ на его действия Витр также церемонно поклонился, Силикса с улыбкой на лице сделала книксен, Кетар просто и незамысловато помахал рукой, Лиуна изобразила несколько танцевальных па, Литер, как и Дисал, просто кивнул.

— Но прежде, чем мы перейдем непосредственно к теме, по которой мы хотели бы поговорить, я хотел бы задать пару вопросов. Позволишь? — спросил Сазар.

— Хм, смотря что хочешь узнать, — слегка задумавшись, кивнул Артур. — Если это не переходит определенные границы, то почему бы и нет.

— О, ничего личного в общем-то. Меня интересует, как ты смог возродить Риза и почему? Вот, что нам всем интересно.

— Ну... данный вопрос как бы и не секрет. Но и как ответить, тоже сразу не соображу.

— Ничего, время есть. Если тебя беспокоят занятия, то не волнуйся, — успокаивающе произнесла Мила, пытаясь отсечь то, что могло бы помешать. — Если нужно, бери стул, сядь, размышляй. Мы не будем тебе мешать.

Артур, недолго думая, схватил стул, подвинул его к столу и сел.

— Тогда я начну, пожалуй, сначала. Не знаю, как это происходило у вас, а у меня лично так. Я оказался в странном и непонятном месте, но ощущения от того места исходили, как от чего-то родного и близкого. Там я встретил Риза и, ничего еще толком не понимая, пообещал ему возвращение. Хотя, вру, все началось чуть раньше. Его сознание проснулось и стало искать ответы, но те же вопросы волновали и меня. И мы вместе расспросили своих, а потом уже там смогли поговорить. Как смог его возродить? Понятия не имею.

— А ты можешь спросить у Риза, как так получилось, что его в итоге развоплотило и могло ли тоже самое произойти с побежденными нашими предшественниками Повелителями? — поинтересовался Морих. — Это стало бы...

— Изменило взгляд на прошлые события? — уточнил Артур.

— Да, — ответил ему Корих.

— Узнаю, но ничего не могу обещать. — Увидев нахмурившиеся лица Совета, Артур поспешил пояснить: — и это не из-за моего нежелания или чего-то подобного. Я не уверен, что он этот момент помнит достаточно четко, хотя все, что происходило с ним в Аду, он вспомнил полностью и трагичнее истории я не слышал.

— Ад? — спросила Лиза.

— Да. Так называется тот мир, откуда они все пришли. Или, по крайней мере, так они его называли. Если хотите, я попрошу Риза завтра с вами тут встретиться, если он и вы не против. Он лучше, чем я, расскажет об этом месте. О Кирхсте он не знает и об источнике нашей силы тоже, — добавил напоследок Артур. — И я уверен в том, что он не пойдет против меня. Его рассказ... это надо только слышать. Словами не передать.

— Тогда попроси его завтра прийти в обед к нам сюда, — попросил Сазар.

— Попросить-то попрошу, а вот захочет ли он прийти, пусть сам решает. Но думаю, что все же не откажется.

— Так тому и быть, — подвел черту Сазар. — А мы хотели с тобой поговорить о Марии, точнее, о том, кем она может быть и чем нам это все может грозить, — со вздохом Сазар обозначил второй вопрос. — Скажи, ты слышал о так называемых Охотниках?

— Нет, — мотнул головой Артур.

— Тогда стоит рассказать поподробней, насколько возможно, основываясь на той скудной информации, что мы владеем, — пояснила Мила.

— Уж будьте добры. Мне трудно будет сориентироваться при отсутствии информации. Прошлые казусы могут повториться, — несколько резко отреагировал Артур.

— Ты нам угрожаешь? — грозно спросил Морих.

— Да нет и не думал. Просто при таком количестве силы, я сомневаюсь, что обладаю достаточным ее контролем, а потому возможны вспышки, — пояснил свои предыдущие слова Артур.

— Прости, я тебя неверно понял, — уже миролюбиво сказал Морих.

— Ничего. Все нормально, — принял его извинения Артур.

— Артур. Мы все, как видишь, Владыки и обладаем немалой силой. Среди нас ты самый сильный, но ваш род всегда мудро распоряжался ею, хотя, наверное, набивали немало шишек. Постарайся принять то, что мы тоже можем не сдержаться и наговорить грубостей, особенно, если устаем, то тогда сдерживать себя труднее. Думаю, понимаешь. Каждый из нас не вмешивается в дела другого рода, если этот род не просит помощи, хотя такого ни разу не было за все наше существование. И в тоже время мы следим друг за другом, стараясь сгладить возможные вот такие неловкие ситуации, — разъяснила своего рода политику партии Мила.

— Понимаю, — кивнул Артур.

— Но вернемся к вопросу об Охотниках и Марии, — напомнил о главном Сазар.

— Ага, продолжай, внимательно слушаю, — вроде как дал добро Артур.

Но тут Кирхст взорвался диким смехом пополам со слезами. И, произнося между всхлипываниями что-то вроде: “Ой, не могу”, продолжил дико хохотать. Все недоуменно уставились на него, но ему было без разницы, либо он просто не мог остановиться.

— Что это с ним? — удивленно спросила Силикса, обращаясь ко всем остальным.

— Я надеюсь, что он сам пояснит, когда успокоится, — ответил ей Артур.

Наконец, Кирхст отсмеялся и успокоился.

— Ты что собираешься эту фразу своей коронной сделать? — обратился он к Артуру.

— М? — Артур в ответ лишь вопросительно вздернул бровь.

— Сначала ко мне обращаешься точно такой же фразой, теперь тут произносишь ее, — пояснил причину своего смеха Кирхст.

— А вот ты о чем. Нет, просто так получилось. — Артур пожал плечами.

— И сколько раз у тебя происходить? — несколько нахально вопросил ангел.

— Столько, сколько потребуется, — ответил Артур с улыбкой на лице и ткнул Кирхста пальцем в нос да так, что тот несколько раз перекувыркнулся в воздухе.

— Успокойтесь уже, — решил вмешаться и остановить перепалку Сазар.

— Извините, — покаялись и Артур, и Кирхст.

— То, что вы настолько энергичны, радостно видеть, но все же не стоит перегибать палку, — вмешалась Мила.

— Ты права, — соглашаясь, кивнул Артур.

— Итак, вернемся к Охотникам и Марии, — чуть громче начал Сазар, чтобы все обратили на него внимание. — Как известно, в этом городе наши предки поселились не сразу после его возникновения, а спустя какое-то время. Как и, вероятнее всего, семьи, коих мы и называем охотниками, показались не сразу. Если наши предки предложили администрации разбор дел, связанных с магами-изгоями, необычными исследователями и вообще по возможности предотвращение иных подобных дел, то вмешательства со стороны трудно было понять. Позднее, стало очевидно, выслеживают именно демонов и нас, причем делают это целенаправленно. Потому мы их и стали называть Охотниками. За всю историю наших семей, однозначно выяснить их личности смогли лишь несколько раз и есть предположение, что они действуют семьями или являются семьей. Примерно, как и мы. К сожалению, большего узнать не удалось. Как только наши предшественники находили одного, так тот вскорости исчезал, как будто его никогда не существовало, что странно. Есть вероятность, что Мария — одна из них. Если мы правы, то она тоже исчезнет, но мы в разговоре с ней не стали спешить.

— Пока она нам не враг, то и мы не сделали ничего, чтобы ее настроить против нас. К тому же, может оказаться, что мы ошиблись, и причина защиты ее сознания заключается в другом. Может, кто-то из ее предков отличился, — вмешалась Лиза.

— Но промолчать и не предупредить тебя мы не можем, — вновь заговорил Сазар. — К тому же, когда она спросила о демоне, нам пришлось сказать, что о своих демонах ты, если захочешь расскажешь сам, а потому тебе решать, что можно ей сказать, а что нельзя. Так что строй разговор с ней, конечно, как посчитаешь нужным, но возможную опасность учитывай.

— Спасибо за информацию. Буду иметь ввиду, — поблагодарил их Артур.

— Позднее я передам тебе копию того, что нам известно, ибо не уверены мы, что у тебя есть доступ ко всем материалам семьи, либо может просто не знаешь, где эти сведения лежат, — проинформировал Артура Морих.

— Ты хочешь сказать, что могут быть тайники, которые создали родители, но из-за того, что они не успели меня толком посвятить, я о них не знаю, — подхватил его мысль Артур.

— Что-то вроде того, — утвердительно кивнул Морих.

— Что ж, тогда я считаю, что на сегодня мы закончили? — спросил у всех присутствующих Сазар, на что все утвердительно кивнули.

Часть 2.

На остальных уроках Артур сидел в задумчивости, очень слабо воспринимая учителя. Слова преподавателя подобно далекому эхо раздавались в глубине сознания, но, почти не задерживаясь, выветривались. Артура это не волновало.

На переменах он замечал, как Мария иной раз натыкалась на учеников или стены, но в ответ извинялась и руками делала знак, что не о чем беспокоиться. Но, если приглядеться, то становилось понятно, что с ней что-то не так. Но, не понимая причин, Артур не видел смысла соваться, боясь вмешаться и испортить.

Несколько раз он замечал, что стоило Марии посмотреть на него и на некоторое время ее походка становилась более уверенной и она ни с кем не сталкивалась, а потом все начиналось по новой. Но опять же, не понимая причин этих странностей, он не стал лезть к ней.

К концу занятий Морих, как и обещал, принес все, что у них было на Охотников. Взяв папку в руки, Артур удивился. В папке было едва десять, от силы пятнадцать листков, да и на них по несколько строчек текста. Лишь на паре из них было по странице текста и лишь в одном случае пару листков соединили скрепкой. Подивившись, Артур спросил, почему так мало, но Морих в ответ лишь горько произнес:

— К сожалению, это все, что есть. Да и среди этого ценного от силы строчек двадцать, а остальное непроверенные и недоказанные предположения. Может, сможешь что-то доказать, но я бы не стал бы стопроцентно доверять всему, что тут написано, чтобы не рисковать понапрасну.

Но как бы то ни было и несмотря на свое разочарование от количества материалов, Артур все же поблагодарил Мориха за их труды и пообещал, что не будет делать необдуманных поступков. В ответ тот кивнул, дескать, принял, махнул рукой и ушел. Вероятно, у Мориха оставалось еще много дел.

Убрав папку в сумку, Артур дождался сестренок в парке, и они вместе отправились домой. Пообедали они тоже вместе, а вот после уже разделились. Юи и Аи отправились в свои комнаты. Артур пошел к себе в кабинет, чтобы ознакомиться с содержимым папки. Он хотел сначала выяснить, чтобы понять, о чем говорить со своими, чтобы не попасть впросак.

Быстро пролистав короткие заметки, Артур понял, что в них и впрямь ничего нет. Все их содержание сводилось к тому, что вроде видел Охотника или личность, подозрительно преследовавшую демона из того или иного рода, но доказательств не было. В двух местах, где исписано было по целому листу сообщалось, что после обнаружения таинственной слежки, к ним применялись разные способы ответных реакций и как те незнакомцы соответственно реагировали. И, в заключение, на основе собранной информации делались предположения.

Основных тезисов было несколько. Первое, что, как и дети Владык, до пробуждения своих сил они ничем не отличаются людей, а второе говорилось, что, возможно, охота завязана на Пробуждение или что-то происходит в это время, что, в итоге, и определяет их характер и действия. По крайней мере, было представлено несколько случаев, когда не обращавший ранее на них внимания человек начинал ни с того, ни с сего их преследовать. Было еще одно бездоказательное утверждение, что пробуждаться они начнут только в случае, если увидят демона. По крайней мере, в паре случаев такая вероятность все же присутствовала.

Артур крепко задумался.

Если они сначала обычные люди и не меняются, пока не увидят демона, а после становятся Охотниками, то действительно ли мировоззрение их как-то меняется во время Пробуждения. Но как у них все происходит. Определенно, его опыта мало, чтобы сказать наверняка. Ведь, как Артур пробудил свои силы? Неожиданно оказался в своем внутреннем мире, пара ключевых разговоров и несколько дней беспробудного сна, благо, что никто ему не мешал отдыхать, а что было бы, если бы ему необходимо было вести активный образ жизни: посещать занятия, разговаривать с друзьями и тому подобное. Как бы Пробуждение происходило в этом случае? Ответа нет и гадать бессмысленно.

А вот соединенные скрепкой несколько листков его удивили. Они явно не относились к Охотникам, но почему-то оказались в этой папке. Возможно, по ошибке? Это была выписка из дела, связанного с семьей Артура.

Там говорилось, что триста лет назад семья Десели обнаружила странные кристаллы, которые резонировали с их магией. Они тогда оказались у не пробудившегося наследника, но где и как он их нашел, вспомнить и рассказать не мог. Во время праздника к ним вломились люди, назвавшие себя Темным братством, и напали они, как оказалось, с целью завладеть этими кристаллами. Когда наследнику угрожала смертельная опасность, то он непроизвольно атаковал магией, а поскольку кристаллы находились у него в руке, то они тоже отреагировали. Произошел мощный взрыв, но как ни странно, наследник оказался жив (пара мелких ран и царапин не в счет), а вот нападавшим не повезло: они потеряли примерно половину. Оставшиеся вместе с главным убежали и пообещали вернуться. Позднее так и случилось, но во время сражений то ли кристаллы исчерпали свой ресурс, то чего, но в один момент они рассыпались пылью (записано со слов нового главы, коему доверять необходимо) и после этого члены Темного братства сдались и их осудили за совершенные деяния.

Заинтересовавшись данным событием, Артур пошел искать его подробности в архиве своей семьи. Раскрыв папку с документами, он настолько увлекся, что не заметил, как все прочитал. Много интересного узнал, хотя и не меньшее ему предстояло обдумать. Но это Артур решил отложить на потом. Все же более важно было разобраться с Охотниками и вообще, что знают его демоны. Артур попытался найти информацию в архиве в своем кабинете, но потерпел неудачу. Либо его предки не сделали никаких записей, либо где-то есть спрятанные от чужих глаз документы. Но Артур мог только гадать о том, где располагался тайник. Возможно, это такой же архив, только скрытый, например, за отодвигающимся шкафом или чем-то подобным.

Посмотрев на улицу, Артур увидел, что уже наступил вечер. Он удивился, что не заметил, как пролетело столько времени. Что ж, Артур решил поговорить со своим легионом, или точнее с теми, кто остался верен, после ужина. Вскоре как раз Луиза позвала его вниз.

Когда Артур спустился, все уже сидели за столом. Пустовало его стул во главе стола. Слева и справа от не занятого им места сидели сестры, чуть дальше по левую сторону сидел Риз, а еще дальше Луиза и Фредерик. Вообще раньше, как рассказывал мечник, здесь сидели только господа, а демоны в других комнатах. Во время трапез здесь разрешалось быть только тем, кто занимался готовкой и разносил блюда, ну и те, кто выступал в роли нянек для детей, а в конце разговора спросил о том, что, как он надеется, Артур не злится на это. Но после смерти родителей, так и получилось, что остались хозяева(Артур, Юи и Аи) и те, кто присматривает за ними(поначалу Фредерик и Луиза, а теперь еще и повелитель Риз), поэтому они все время тут и едят.

Это была так называемая малая столовая. В доме была и большая столовая, точнее, целый зал, но его использовали, как правило, для приемов и по случаю торжественных мероприятий.

— Братик...

— ... ты опаздываешь, — встретили его недовольными голосами сестры.

— Простите, — в качестве извинения он слегка наклонил голову, — залез в архив и зачитался, столько там интересного было.

— Да ты из него...

— ... и не вылезаешь, — продолжили они возмущаться.

— Хоть нам расскажи, что ты там такого интересного находишь. — На сей раз сестренки сказали это вместе.

— Подрастете, узнаете, — ответил им Артур и с сожалением развел руками. — Знаю, что вам обидно. Я узнаю потихоньку те секреты, о которых нам периодически намекали, а вы до сих пор слышите только наши обмолвки, но я ничего не могу поделать. Таковы правила нашей семьи.

— А с чего-то мы можем начать? — спросили они.

— Можете, — согласно кивнул Артур. — Например, история нашей семьи, но только тогда, когда поймете сами, что хотите знать всю подноготную. Правда, все равно всех великих тайн не узнаете, я и сам каждый раз что-то новое узнаю, но и более глубокого экскурса хватит вам, чтобы понять, хотите вы дальше проникать в секреты нашей семьи или нет.

— Мы подумаем...

— ... и решим, — задумчиво произнесли сестренки и переглянулись.

— Вот и славно, — подвел черту Артур. — Риз, Луиза и Фредерик. После ужина жду вас в своем кабинете.

— Хотите обсудить вчерашний вопрос? — уточнила Луиза.

— Да, — кивнул Артур. — А сейчас ужин.

— Приятного аппетита, — пожелали все и приступили к еде.

Сам ужин прошел в молчании. Луиза убрала со стола и помыла посуду. И только после этого Артур, Луиза, Фредерик и Риз отправились в рабочий кабинет. Артур сел на свое место, а все остальные расположились напротив него в гостевых креслах.

— Так-с, — начал Артур. — На повестке дня у нас клан Охотников и все, что у нас по ним есть.

— Насколько я знаю, — подхватил Фредерик, — есть у нас кое-какая информация, но, откровенно говоря, ее до безобразия мало.

— Ознакомьтесь, — подтолкнул к ним папку Артур, — это то, что передал мне Совет. Посмотрите и скажите, есть ли что еще добавить к этому.

Луиза и Фредерик лишь мельком проглядели, поскольку большая часть была им известна, а вот Риз внимательно разглядывал содержимое папки. Он, как и Артур, ничего не знал о прошлом, а потому собирал все крупицы информации.

— В принципе, — заметила Луиза, — добавить тут нечего. Разве что несколько аналогичных эпизодов.

— Если информация верна, — начал рассуждать Артур, а точнее, повторять свои размышления, — то характер и отношение у Охотников меняются во время Пробуждения.

Все недоуменно посмотрели на него.

— Ну, у нас же осознание своей силы называется Пробуждение. — Все кивнули. — Вот я и решил этот этап у них назвать также. — Все опять согласно кивнули. — Причем, судя по всему и это, если верить паре фактов, начинается у них, когда кто-то из них встречается с демоном. Вероятно, достаточно и взгляда, а может нужен более тесный контакт. Тут и я могу ошибаться, особенно, основываясь на таких непроверенных фактах. И тут возникает вопрос: мышление меняется из-за самого Пробуждения или же зависит от того, что скажут им на этом этапе. Хотя мне не помешало подкорректировать свои взгляды на демонов впоследствии, когда поговорил с Ризом. — Риз согласно кивнул, поняв о каком моменте речь. — А завел я этот разговор по одной причине. Есть вероятность и не нулевая, что в одном со мной классе есть охотница. И она может быть на этапе пробуждения, ибо встреча с демоном была, точнее, она видела Стила. И если всем стерли память, то с ней не вышло. Вероятно, видовая защита. Или сам процесс отвергает резкое или частичное влияние извне.

— Выводы интересные, но что ты хочешь сделать? — спросил Фредерик.

— Хотелось бы избежать, но что будет, если пробуждающемуся охотнику, или охотнице, тут не суть важно, сказать, что он вроде как относится к охотникам, но при этом неизвестно, почему. Какова будет реакция?! Сразу попытается убить или это ляжет на новую формирующуюся личность? Или, например, сказать, что стоит сначала выслушать все стороны, а только потом принимать окончательное решение, которое и закрепит основу личности.

— Это рискованно, — задумчиво произнесла Луиза. — Но при этом мы можем получить союзника.

— Да, большой риск, — согласились и Риз, и Фредерик, — но и награда велика. Это и возможное влияние, и возможность понять, что же ими движет.

— А та девочка красивая? — лукаво спросила Луиза.

— Эм? — озадаченно на ее посмотрел Артур.

— Вы же, Мастер, сказали, что это девочка? Неужели причина того, что вы хотите пойти на такой риск, состоит в том, что она вам понравилась? — все тем же голосом продолжила спрашивать Луиза.

— Ну, она хорошенькая, — протянул Артур, еще не до конца осознав, к чему вела Луиза.

— Так, значит, вы влюбились?

— Нет, это не так, — замотал головой Артур. — Разумеется, ее фигурка не может не вызвать восхищение, но в моем случае это просто симпатия.

— Жаль, — разочарованно протянула Луиза. — Тогда бы все было проще. У вас была бы достойная причина и можно было бы поддержать вас в ваших начинаниях. Ведь все это выглядело как ухаживание за понравившейся девушкой, а там может и свидание, — унесло в непонятные дали Луизу.

— Луиза! — крикнули все на нее. — Что за бред ты несешь?

— Эм, — смешалась та. — Простите.

— Все-таки хочешь рискнуть? — спросил Риз.

— Если будет таковая возможность, — кивнул Артур. — А ты что скажешь? — мысленно Артур обратился к Кирхсту.

— Я — часть тебя, — пожал плечами ангел.

— Ну хоть одобряешь? — попытался все же выяснить отношение Кирхста Артур.

— Время покажет. Может еще и не удастся ничего.

— Тут ты прав, — погрустнел Артур. — Главное, не нажить серьезного врага.

— Ну да, — мысленно вздохнул Артур, а потом обратился к остальным: — Есть что добавить?

Все помотали головами.

— Тогда все свободны, кроме тебя, Риз. Есть еще один вопрос.

— Ладно, — недоуменно пожал плечами Повелитель демонов.

Луиза с Фредериком ушли.

— Что хотел узнать? — спросил Риз, как только за ушедшими закрылась дверь.

— Когда я разговаривал с Советом, у нас возник вопрос: как так получилось, что могущественнейшие Повелители оказались развоплощены? Точнее, вас же вроде не убили, а оставили в живых, как только вы принесли Клятву, так ведь? — поинтересовался Артур.

— Ну да, — согласился Риз.

— Так вот, они сказали, что у них многие живы еще с того времени, но полного содержания Клятвы они не знают. То есть они дожили, а вот вы, самые сильные среди остальных, исчезли и, как вариант, также, как и ты, оказались развоплощены, — с энтузиазмом продолжил Артур. — Хотя, учитывая отсутствие нашего Легиона, я затрудняюсь ответить.

— А от меня-то что вы хотели узнать? — спросил Риз, видимо, не до конца понимая, что же от него хотят.

— Мы хотели узнать, как так получилось. Первое, что на ум пришло: это содержимое Клятвы и отношение к Клятве той силы, которая ее исполняла. Вот Совет, да и я с ними хотим узнать, а ты помнишь текст Клятвы полностью? — спросил Артур и с нетерпением уставился на Риза.

— Хм, — задумался Риз. — Отдельные моменты... хотя... разве что... быть гарантом Клятвы... — неуверенно высказался Риз.

— Гарант?

— Да, — кивнул Риз.

— Я думаю, тогда это и объяснило бы твое развоплощение. Тогда получается и остальные Повелители также стали гарантами Клятвы, то есть, если Легион откажется повиноваться, то можно вызвать того, кому остальные обязаны подчиняться и тот призовет их к ответу, — поделился своими мыслями Артур.

— Вероятно. Возможно поэтому я и появился, потому как тебе толком не на кого стало опереться, а мое прошлое не дало бы мне отступить от Клятвы так или иначе. Ни тебе, ни мне не нужны сейчас кровавая бойня и повторение прошлого.

— Тут я с тобой согласен. Да и после развоплощения ты мог стать частью Клятвы и, в итоге, частью меня, поскольку ты же отдал свою силу моему предку, а соответственно и мне. Так что могло получиться, что ты всего лишь воплощение части силы со своим, но измененным Клятвой сознанием.

— То есть как бы я и в тоже время не я.

— Что-то вроде того. Хотя и надеюсь, что это бред, но как вариант вполне возможен.

— Ты прав. И все же так или иначе отступать от своего слова поздно.

— Похоже на то.

Артур и Риз на какое-то время замолчали.

— Думаю, что стоит сказать, что ты можешь высказаться за какое-то резкое и необычное решение, если посчитаешь нужным и, если оно будет разумным, то ему и последуем. Большинство решений, особенно по отношению к легиону, будем принимать вместе, поскольку за них самих и последствия их действий мы оба в ответе. Согласен? — спросил Артур и с ожиданием посмотрел на Риза.

— Согласен, — кивнул он.

— Тогда иди, — отпустил его Артур.

— Пойду-ка я немного Стилом займусь, а то он небось расслабился за это время.

— Как хочешь, — произнес Артур и тяжело вздохнул.

Риз ушел. А Артур подумал, что стоит завтра ему самому поговорить с Советом и об охотнице, если так уж получится, и о словах Риза.

Закончив с основными делами, он приступил к домашнему заданию в школу, ведь ее тоже никто не отменял.

Часть 3.

Проснувшись утром, я думала, как мне идти в школу, ведь ощущение рушащегося мира так и не хотело меня отпускать, а четкость физических границ так и не восстанавливалась.

Мне в очередной раз казалось, что я иду по зыбкому туману, по воздуху или по напоминающему воздух мареву. Да непонятно вообще почему. Дома-то я заперлась в своей комнате и не вылезала отсюда, разве что на обед или ужин, даже завтрак с полдником пропускала. Мама, наверное, удивлялась, но не спрашивала ничего и не показывала беспокойства, хотя наверняка волновалась.

Умываясь, похлопала себя по щекам и сказала себе:

— Мария, а ну-ка соберись.

Кое-как спустившись вниз, я быстренько позавтракала, пока мама была занята и не следила за мной, пошустрее оделась, насколько возможно, подхватила портфель и пошла в школу походкой, напоминающей пьяную. По крайней мере, я так думаю, что со стороны это именно так и казалось, но, как ни странно, никто ничего не сказал, как будто не обращали внимания. Или может никому не было до меня дела?

Кое-как я добралась до школы, а потом и до нашего класса. Села. Фух... Чем бы не являлось со мной происходящее, я не хотела, чтобы меня посчитали сошедшей с ума или тому подобное, обозначив для меня единственное место пребывания — приют безумных или попросту психушка. Не, такого счастья мне точно не надо.

Самое странное, что реальность уплывала повсюду, но становилась более-менее четкой, если смотрела на Артура или мимо него. Периодически замечала рядом с ним красно-желтое, расплывчатое пятно, но что это такое, конкретно назвать не могу: оно то кружило вокруг него, то словно замирало, то отлетало в сторону, будто приглядывалось, а потом вновь возвращалось. Да и сам Артур виду не подавал, что знает, что это рядом с ним, то ли не видит, то ли успешно игнорирует вот это непонятное что-то.

Поскольку возле него я могла чувствовать увереннее, то я старалась проводить больше времени поближе к нему. Как воспринимали это со стороны, боюсь даже подумать, но вроде до шуточек о влюбленной парочке дело не дошло. Или дошло... что-то я совсем сегодня невнимательна, да и учителя слушаю вполуха.

После первого урока Артур отправился в кабинет Совета. Помня свой прошлый опыт, когда попыталась подслушать то, о чем они разговаривали, я не стала рисковать на сей раз, а потому ждала в коридоре. Но прозвенел звонок, а он так и не вышел, и мне пришлось через силу с грехом пополам добираться до кабинета. Но все-таки я кое-как справилась.

За что мне все это? Я надеялась, что братик мне расскажет, но кроме его туманных слов я ничего и не услышала, и прогнала прочь, чтобы глаза не мозолил, так легче было подавить желание его прибить. Если честно, то заслужил. Раньше всегда помогал, а тут ни слова, ни полслова даже. Как сдержалась, не знаю.

Позднее, когда Артур все же показался на уроках, я ловила его периодические заинтересованные взгляды.

Неужели он знает, что со мной происходит? Или может догадывается? Подойти и узнать или он тоже ничего не скажет?

Хр-р! Я готова уже рычать от злости. Но наконец-то уроки закончились, и я поплелась домой. Там я узнала, что брата нет и не будет в ближайшее время, что ушел по каким-то там делам, которые меня, в общем-то, мало волновали.

Запершись в комнате, я вновь попыталась обдумать происходящее.

Что же со мной происходит? В последнее время стала замечать странные запахи и мир все больше и больше становится нереальным или как будто выворачивается наизнанку.

Странные взгляды... Взгляды будто из другого мира, но это все те же люди: мои друзья, одноклассники, — или все же нет? Ни черта не понимаю.

Не у кого спросить, но и самой не понять, неужели я так и сойду с ума?

Или, чтобы разобраться, мне и нужно пройти через безумие?! Нет, так быть не должно. Этого просто не может быть.

Или все же может? Черт, сама путаюсь и себя еще больше запутываю потому, что ничего, ничегошеньки понять не могу.

Что за странные искажения вокруг Артура и всех членов Совета. Эти разноцветные пятна ведь двигаются... правда?!

Похоже, я все-таки сошла с ума.

Неясные тени, таинственные взгляды...

Да сколько это будет продолжаться? Я это не вынесу. Совсем-совсем не вынесу... и никто не хочет помочь...

Почему? За что?

Мария из-за собственного бессилия залилась слезами и вскоре уснула.

Часть 4.

На следующий день Артур, как обычно, с сестрами шел в школу и в середине парка они разделились. Впрочем, и тут ничего необычного. В общем-то никаких отличий от прошлых обычных учебных дней не было, вплоть до начала уроков.

На них, как и вчера, Артур присматривался за движениями, реакцией и отношением ко всему Марии. Но, если до этого, она казалась вменяемой, то сегодня больше напоминала состояние: ничего не вижу, ничего не слышу, никого не знаю.

Прошел первый урок, второй. Мария становилась все бледнее, а ее взгляд отчаянней и безнадежней.

Видимо, устав ждать, попыталась сделать свой ход, поскольку во время третьего урока обратилась к учителю:

— Учитель, простите, у меня закружилась голова. Позвольте мне добраться до медпункта?

Спросила, попыталась встать, но тут же рухнула назад.

— Да, конечно, — посмотрев на Марию, сказал учитель, — но ты даже на ногах не стоишь.

И тут Артур решил воспользоваться шансом, который, возможно, она и предоставляла, пообщаться с ней наедине. А может и не предоставляла, а ее доконало ее состояние.

— Позвольте мне ей помочь? — обратился Артур к учителю.

— Ты что делаешь? — мысленно зашипел на Артура Кирхст.

— Разве не видишь, помогаю, — также мысленно хмыкнул ему в ответ Артур. — Посмотри на нее, мне ее уже больше жалко.

— А она может тебя не пожалеть, а сразу... того, — продолжал упорствовать ангел.

— Я хочу проверить свою версию, а тут без риска никак, — упорствовал Артур. — Если я прав, то мы окажемся в выигрыше.

— Но также много можем и проиграть, — кипел словно чайник Кирхст.

— Поверь мне понимаю, но все же не могу ее бросить, — поставил точку в разговоре Артур.

— Тц. Слов нет.

— Вот и не говори больше ничего. Все равно не переубедишь.

— И не буду, — сказал Кирхст и горделиво отвернулся.

Артур вспомнил, что все это время молчал, а потому добавил:

— Если она сама, конечно, не возражает.

Учитель перевел взгляд на девушку и спросил:

— Вы не против?

— Нет. Думаю, даже буду благодарна, — ответила Мария и попыталась улыбнуться.

Артур подошел к девушке и, наплевав на то, что о нем подумает, протянул правую руку ей за спину и стал поддерживать ее в районе поясницы.

— Так нормально? Идти сможешь? — уточнил Артур.

— Думаю, да. У меня нет сил даже смущаться или как-то проявлять свои эмоции. Сил вообще не осталось, — выдохнула девушка так, чтобы ее слышал только Артур. — Направляй. Я почти ничего не вижу.

— Хорошо, — также едва слышно произнес Артур. — Выйдем из кабинета, расскажешь, может и помогу, если это в моих силах.

Артур и Мария не спеша вышли в коридор и только там облегченно вздохнули, поняв, что могут разговаривать свободней, поскольку их не слышат остальные.

— Я так понимаю, что медпункт тут не при чем? — спросил Артур.

— Да. Я просто надеюсь, что ты мне сможешь помочь, поскольку все началось с тебя и из-за тебя, — несколько обвиняющее закончила свою речь Мария.

— Может, пойдем на крышу и там поговорим? Заодно подышишь воздухом, — предложил Артур.

— Сойдет, веди, — дала девушка свое разрешение. — И в тоже время я тебе благодарна, что ты не считаешь меня сумасшедшей, хотя ведь еще ничего не сказала.

— Тогда расскажи, а то я ничего не понимаю, хотя кое-какие догадки есть, — продолжил уговаривать ее Артур.

— Ладно, но сначала скажи, это галлюцинация или явь? — сказала Мария и ткнула пальцем в область, где было, как ей казалось, какое-то размытое пятно, а, на самом деле, там был Кирхст, и тот от неожиданности громко пискнул. — Значит, мне он не кажется, а существует реально. Теперь я знаю это, ха-ха...

И Мария зашлась в каком-то безумно-истерическом смехе, в котором, однако, чувствовалось некое облегчение... Может, из-за того, что хоть что-то для нее прояснилось?

— Мария... Мария... — пытался достучаться до нее Артур. — Ты видишь его?

Сейчас поднимались по лестнице на крышу.

— Да... вижу, но почему?

“Черт, если солгу, могу нажить врага, а если говорить правду, то еще ничего не понятно, что будет дальше”, — подумал Артур.

— Как бы ты не хотела не верить, но, то, что я скажу, сущая правда.

— Ты обещаешь? Я, правда, устала от этого... Я хочу знать, почему это происходит? — произнесла она полным муки голосом, а Кирхст мысленно зашипел:

— Она — наш враг и ты собираешься ей помогать?

— Если бы ее клан о ней заботился, то они не довели бы ее до такого состояния. Есть вариант, что они не ожидали столь быстрого развития. С одной стороны, возможно, это нам на руку, поскольку вместо врага можем получить друга. С другой стороны, я не расчетлив, просто не могу видеть ее мучения, — ответил Кирхсту Артур также мысленно.

— Хорошо, я понял, но все равно не одобряю.

— Я запомню, но все же...

Пока шел обмен репликами, для Марии это были секунды полные мучений, а потому:

— Ты почему молчишь? Ты обещал!!!

— Прости! Если верить некоторым людям и не только им, то ты из рода Охотников. То, что с тобой происходит, всего скорей, это... Пробуждение твоей крови... Ты увидела демона, и твоя кровь стала просыпаться. Происходят в твоем теле и сознании изменения, чтобы ты могла их видеть. Похоже, в этом вся причина твоего текущего состояния. Правда, не знаю, насколько плохо тебе сейчас и каким образом происходит, но вижу, что твое состояние не из приятных. Вот только. Кстати говоря, охота на ангелов и демонов — это инстинкт или требование клана? На сей вопрос, я не знаю ответа. И здесь ничем не могу помочь!

Это он ей рассказывал уже будучи на крыше.

— Ты упоминал демонов и ангелов? — спросила Мария.

— Тот синий волк, который ты видела, и есть один из демонов, и он из моего клана, — со вздохом произнес Артур. — Точнее, когда-то был в моем клане, но после смерти родителей почти все предали нас и своего Повелителя, и ушли каждый своей тропой. Но позаботиться обо все их, это моя задача, как Главы клана. Поэтому тебе об этом не стоит беспокоиться. А тот, в кого ты ткнула, ангел Кирхст. Позволь тебе его представить!

— Ты — ангел? — спросила она Кирхста, все еще нечетко его видя.

— Да, — с сомнением ответил тот, не зная, стоило ли отвечать вообще.

— А мой клан на вас охотился?

— Если верить некоторым косвенным свидетельствам, то такие случаи происходили, но ничего явного, поэтому и я сейчас действую на свой страх и риск. Вот так, — ответил Артур и развел руками, благо к этому времени они уже сидели на лавочке. — Еще есть вопросы? Если смогу, отвечу.

— Совет говорил о том, о чем ты сейчас упомянул, но мне хотелось бы узнать побольше.

— Это вроде как предложение к продолжению общения? — ухмыльнулся Артур.

— Эм, — все же Мария покраснела. — Нет, это... просто хочу узнать, кто я такая и зачем мне все это.

— Тогда у меня есть предложение. Сейчас ты отдыхаешь. Мне кажется, для завершения основного этапа Пробуждения у тебя достаточно информации, поскольку, судя по твоему порозовевшему лицу, тебе стало легче. Один из моих демонов перенесет тебя к нам, где ты и сможешь поспать, не беспокоясь ни о чем, а вечером я, если ты проснешься, ну или как там получится, отвечу на твои вопросы, — высказался Артур. — Обещаю, тебе ничто не угрожает. Ты согласна?

— Теперь ты предлагаешь по-своему продолжить общение? — вернула ухмылку Мария, которой, кажется, и впрямь полегчало.

Теперь покраснел Артур.

— Но я согласна. Не думаю, что братик мне ответит или я его все же увижу. — Тут девушка сладко зевнула и, засыпая произнесла: — И все же... того, что ты... сказал... действительно... достаточно... и теперь... можно... отдохнуть, — с трудом договорила фразу Мария прежде, чем крепко уснуть.

Артур положил голову Марии себе на колени.

— Ты пообещал ей? Не верю своим ушам.

— Так или иначе. Слово есть слово. Луиза, — мысленно позвал Сильвервинг Артур, — слышишь меня?

— Да, прекрасно слышу, Мастер.

— У меня на руках без сознания Охотница и нужно о ней позаботиться.

— Охотница?.. Вы имеете ввиду?

— Именно это я и имею ввиду.

— Что я должна сделать? — смирившись, сказала она.

— Прилететь на крышу школы и забрать ее у меня, разместить дома и присмотреть за ней. Я ей правду рассказал о том, кто она. Несмотря на это, возможно, она может стать нам другом, если охота — не инстинкт.

— Поняла.

Через двадцать минут Луиза в своем демоническом обличии прилетела на крышу школы и забрала Марию.

— Вот, аккуратнее, держи ее.

— Да, Мастер. А вы что будете делать?

— Вернусь на занятия. Всем скажу, что ей надо было отдохнуть и оставил ее в больничном крыле под присмотром доктора, сделав все, что в моих силах.

— Я поняла.

— Извести о ней Риза и все вместе, кроме сестренок, обсудим это вечером. К тому же надо будет поставить в известность Совет и этот разговор будет ой, как нелегок.

— Хорошо, — кивнула Луиза и улетела.

А Артур еще какое-то время посидел, размышляя о том, как об этом рассказать Совету, но ничего не придумал. В конце концов, решил, что по ходу разговора сориентируется, хотя это и не было на него похоже, и отправился на урок. Как-никак все общение с Советом походило на экспромт.

Часть 5.

Наступил обеденный перерыв.

У Артура уроки закончились на сегодня, а у его сестренок ее оставался урок. Но их старший брат не пошел домой, ведь у него оставалось важное дело: разговор с Советом. Очень непростой разговор, к которому он и не знал, как подступится.

Основных вопросов было два: Клятва и Мария. И каждый из них по-своему сложен своими последствиями.

С другой стороны, он сделал то, что считал нужным и оправдываться не собирался.

Но смысла оттягивать неизбежное не было, поэтому, побросав учебники и остальные принадлежности в сумку, Артур отправился в кабинет Совета.

— Приветствую всех, — поздоровался Артур, а Кирхст, продолжая висеть в воздухе, вежливо поклонился. — Я здесь по поводу вчерашнего разговора и не только... в общем-то.

— Что-то удалось узнать? — спросил Сазар. — Хотя ты вроде обещал, что при возможности попросишь прийти самого Повелителя.

Сазар и дальше хотел продолжить, но его перебила Мила:

— Артур, не стоит стоять, присаживайся.

— Ага, — согласно кивнул он и уселся на предложенный стул.

— Все же, несмотря на договор о невмешательстве, затронутые вопросы касаются всех и не стоит ставить себя выше или ниже. Мы все в равных условиях, — миролюбиво продолжила свою речь Мила.

— Благодарю, — еще раз кивнул Артур. — Это поможет сосредоточиться на важном.

Артур уселся и задумался в очередной раз и рассказал о разговоре с Ризом и тем выводам, к которым пришел.

— Таким образом, есть вероятность того, что и у вас в крови, как в тюрьме, есть те же Повелители, которые были тогда побеждены. Но вот сможете ли вы до них достучаться. Это вопрос. Но, вероятнее всего, это получится не ранее, чем будет угрожать какая-либо серьезная опасность, либо возникает некая трудно решаемая задача. Таков итог разговора и потому я решил сам прийти и все это обсудить, — закончил Артур долгую речь.

— Интересный рассказ, — задумчиво произнес Сазар да и остальные высказались в подобном ключе, только каждый в своем стиле.

— Думаю, стоит сказать спасибо за всю эту информацию и высказанные тобою мысли. — Первой поблагодарила Мила, тогда, как остальные просто закивали, присоединяясь к ее словам. — Наверное, не ошибусь, если скажу, что сказанное тобой несколько неожиданно и нам необходимо пересмотреть прошлое наших семей и наши собственные Пробуждения, как и то, что мы ощутили, когда ты Пробудился.

— А было что-то необычное? — удивленно спросил Артур.

— Ну, — замялась Мила, поискав взглядом у всех поддержки, но не найдя, продолжила, — аномальный выброс силы и тут же возвращение того, о ком уже и забыли. Это неожиданно.

— Но я же упал без сознания? — удивился Артур.

— Скорее, это произошло из-за высокой скорости трат сил, а не ее количества. Ты просто не был готов к такому оперированию, вот и вырубился, — поспешно вмешался Морих.

— А три дня восстановления — это нормально? — решил уточнить Артур.

— Сколько? — воскликнул Корих, чье ледяное спокойствие треснуло от этих слов.

— Трое суток, — терпеливо повторил Артур, сам до конца не понимая, какие чувства им владели на этот момент.

— То есть мне... э-э-э... нам не послышалось? — спросила и Лиза.

— И я не оговорился, — добил остальных Артур.

— Такое вообще впервые. Насколько известно, некий процесс накопления изменений, обычно сопровождающийся желанием узнать, кто таков, некоторую отстраненность от окружающих из-за взгляда на всех, как будто сквозь некую призму и, возможно, некоторые индивидуальные черты, — сообщил Сазар.

— А если особых черт нет, а остальные не видишь, к примеру, тренировки или занятия, которые отнимают массу времени? — поинтересовался Артур.

Все переглянулись.

— Что ты хочешь этим сказать? — все же спросила Лиза.

— Как вы знаете, наши родители, всего скорей, были убиты, когда мне было пять лет, хотя доказательств этому мы так и не нашли. Вообще, странная ситуация, но не в этом суть. Почти все нас покинули, это сейчас я осознаю их предательство, хотя опять же, возможно, не до конца, но тогда я этого не понимал. Верными остались лишь двое. И вот они постоянно намекали на мою необычность, да и сестренкам тоже. Не знаю, как сестры справлялись, но им было тяжелее, они тогда чуть дара речи не лишились навсегда. Но речь сейчас не о них. И тогда же начались тренировки: усиленная физическая подготовка, фехтование и другое. Скажите, за всем этим можно ли было не заметить первоначальные этапы Пробуждения? — спросил Артур.

Все в кабинете задумались и замолчали.

— Знаешь, у вашей семьи всегда отмечали более позднее Пробуждение, но, если оно и начинается раньше всех... — в растерянности пробормотал Сазар, но его все услышали.

— То есть это все же возможно? — еще раз спросил Артур, от нетерпения даже стал постукивать пальцем. Неожиданно все члены Совета вздрогнули и уставились на Артура.

— Что? — непонимающе спросил Артур.

— Ни-ничего, — пробормотала Мила, — но не мог бы ты перестать стучать?

— А что такого? — Артур так ничего и не понимал, продолжая постукивать и наблюдать за странной реакцией.

— Просто, пожалуйста, перестань, — умоляюще попросила Мила.

— Ну, хорошо, — сказал Артур и остановился, но все равно ничего не понял. — Так что с моим вопросом и что это за реакция?

— Думаю, отвечу тебе я, — начал Сазар. — И начну со второго вопроса. Мне, да и остальным, наверное, твой стук показался молнией. — Сазар все еще руками держался за голову, да и остальные трясли головами. — Или попыткой вбить этот вопрос в мозг, чтобы наверняка получить ответ.

— Хм, — Артур в недоумении наклонил голову. — Была такая мысль.

— Эм, ты о чем? — не совсем понял Артура Морих.

— Да говорю, мысль была, чтобы, дескать, если понадобится, вобью в голову, но ответ получу, но, чтобы все так получилось, не ожидал, — растерянно пояснил Артур.

Кирхст захихикал, а все остальные ангелы недовольно на него посмотрели, впрочем, как и члены Совета. Артур хоть и не понимал причины его веселья, но не стал ничего говорить. Лишь подумал, что, если надо, Кирхст сам объяснит свое поведение.

Через минуту Артур все же не выдержал.

— Кирхст, успокойся, — прикрикнул на ангела.

— Испугались, как малые дети. Ой, не могу, — заявил этот мелкий дьяволенок, словил злобный взгляд Артура и тут же умолк.

Какое-то время все молчали.

— Прошу простить его, — извинился за Кирхста Артур. — Мне еще трудно понять, что развивать и куда расти.

— Тебе не стоит извиняться. Дело в том, что стихия накладывает отпечаток. И раз ты — огонь, то и характер у тебя должен быть вспыльчивый, неистовый, непостоянный, ну и многие другие качества должны быть тебе присущи. Возможно, дело в прошлом, но так или иначе, но проявлять сущность своей стихии приходится твоему ангелу, отсюда возможны и неадекватные реакции, — пояснил Сазар. — Так что не обращай внимания, все в порядке. Если ты заметил, я, как земля, воплощаю твердость и уверенность суждений, непоколебимость. Мила, как водная царица, являет собой спокойствие и дипломатичность. Стихия Грида ветер, поэтому он довольно легкомысленный и в силу этого его мало, что волнует, и очень, очень редко он принимает активное участие, если только не чувствует приближение тайфуна, под описание которого подходят разные ситуации. Лиза, как воплощение света, спокойна, миролюбива, дружелюбна, временами чересчур влюбчива. Для Кориха характерно ледяное, непоколебимое спокойствие. Ну, а Морих обычно спокоен, но скор на расправу и непредсказуемые действия.

По мере речи Сазара парни не изменились в лице, а вот девчонки покраснели.

— Так я услышу ответ или нет? — вновь повторил вопрос Артур, нахмурившись.

— Да, да, — поспешила отреагировать Мила, пока еще какой казус не случился. — Думаю, что возможно.

— Тогда это объясняет наличие у меня такой прорвы силы, если она копилась почти десять лет. Но из-за моего непонимания и неумения с нею общаться, я ее не замечал. Отсюда, вероятно, и хватило сил на возрождение Повелителя Риза. Развитие под стрессом, под давлением на какие-то тайные механизмы. Видимо, так все и было, — подвел черту своим размышлениям Артур.

— Интересные мысли, — хмыкнул Сазар.

— Есть еще кое-что интересное, — начал Артур и поведал о своих мыслях о Марии, а также о произошедшем пару часов назад.

— То есть она сейчас у тебя под присмотром? — уточнил Сазар.

— Да, — кивнул Артур. — Знаете, самое странное, это то, почему ей дали дойти до такого невменяемого состояния. И как? О, Великие силы, как она умудрилась не вызвать ни у кого подозрений? Неужели, некие защитные механизмы? Я ведь заметил, что никто не обратил внимания на ее неестественное состояние. И еще меня удивило, что она осознанно сообщила учителю о своей слабости, вероятно, рассчитывая на мою помощь. Но, если бы я и ничего не знал, то, что с ней произошло бы? Я думаю-думаю и не нахожу ответов, — разгорячился Артур.

— Воу-воу, успокойся, — попросил его Корих. — Не стоит волноваться. А то еще что-нибудь тут подожжешь, огненный ты наш.

— Эм, — недоуменно посмотрел на Кориха Артур и склонил голову набок.

— Посмотри на себя и свою силу. Она реагирует на твои эмоции, — продолжил свои пояснения Корих.

Артур оглядел себя. И впрямь, как и сказал Корих, вокруг него собиралось красное марево, постепенно все больше и больше насыщаясь и уплотняясь, становясь похожим на настоящее пламя. Артур на миг растерялся и это хватило, чтобы все, что успело создаться, растворилось в воздухе.

— Неожиданны выводы твои и действия, — проронил Сазар.

— Их стоило проверить, да и Марию жалко. Видели бы вы только ее состояние. В гроб и то краше кладут, а как в последней надежде доверилась мне, по сути, врагу... это просто словами не передать, — тряхнул головой Артур.

— Мы все поняли, — вздохнул Сазар. — О результатах расскажешь? — решил он его все-таки именно попросить.

— Хм, — задумался Артур. — Я думаю, по возможности. Слишком многое надо узнать и ей тоже. Все-таки, после того, как проснется, или как посчитает нужным, ей стоит вернуться домой. Я мог ей сказать только то, кто она есть, но не то, что делает ее такой. Это тайна их семьи и только они знают ответы. Так что, вероятнее всего, не раньше, чем она сама захочет рассказать, если захочет.

— Я понял тебя. Что ж, тогда решай сам. Главное, постарайся ее не упустить. Не упусти такой шанс узнать информацию.

— Не упущу, — задумчиво почесал подбородок Артур. — Но и расчетливым не буду. Если ей понадобится помощь, то, что смогу, то сделаю, не переходя, разумеется, определенные грани.

— Надеемся на твое понимание, — выразил отношение Совета к ситуации Сазар, на что Артур только согласно кивнул.

На этом и закончился их разговор, который не мог предсказать Артур, точнее, не мог спрогнозировать их реакцию на известия.

Часть 6.

Наступил вечер. Мария продолжала сладко спать в одной из комнат в доме Артура, а в это время в скрытом от людских глаз месте произошел жаркий разговор между восседавшим в кресле-троне мужчиной и стоявшим рядом юношей.

Глядя на них, можно было сказать, что они — родственники. Одинаковый разрез глаз, осанка, черты лица. Они отличались цветом глаз: у юноши они были зеленоватые, у мужчины — голубые. И одеты они по-разному: юноша в белую рубашку, черные брюки и черный плащ, напоминая при этом какого-нибудь франта, а вот мужчина сидел в явно охотничьем костюме.

Да и место, где они разговаривали было довольно странным. Круглая зала, освещаемая лишь факелами, висящими на каменных стенах и создающими причудливые тени, которые, казалось, жили своей жизнью.

И было меж ними еще одно различие.

Мужчина спокойно сидел в своем кресле-троне, не понимая метаний ходившего из стороны в сторону юноши.

— Не мельтеши, — грозно прикрикнул на молодого человека более старший. — Что такого случилось, что ты сам не свой? На тебя это не похоже.

— Еще бы, — хмыкнул юноша. — У нас и ситуации такие за все время существования рода было от силы десяток.

— Что ты этим хочешь сказать? — хмуро спросил сидящий на троне.

— То и говорю, — вновь хмыкнул юноша. — Члены нашей семьи обращаются к своей сути, когда встречают древних врагов. Как так получилось, не знаем, ни ты, ни я. Это могла знать создательница, но ее с нами нет. А уж, когда благодаря такому стечению обстоятельств, мы могли узнать хоть что-то о врагах, то таких событий вообще единицы. Но то были рядовые члены, которых мы, к сожалению, вскоре теряли, так как их разоблачали, да и взамен получали крохи информации. В итоге, неравноценный обмен, слишком неравноценный.

— Все равно не понимаю, что ты хочешь сказать, — неодобрительно мужчина посмотрел на продолжающего бегать по залу юношу. — Поближе к сути.

— Сестра, — только и вымолвил молодой человек.

— Что сестра? — все больше раздражаясь, уже почти прошипел мужчина. — Да скажи ты толком.

— Сестра встретила демона и ее мировоззрение начало меняться. Когда я с ней разговаривал, то растерялся и не понял этого, а она меня прогнала. Меня... прогнала... хотя раньше она никогда такого не делала. Хотя... Мда... Раньше у нее вопросы были простые, житейские, и я с удовольствием ей помогал. А тут, видимо, смешались разные факторы от того, что ее состояние никто не замечал, да и меня не было рядом, когда проявились первые признаки.

— Но... — удивленно распахнул глаза мужчина. — Вот почему ты упомянул простых членов и тех, кто плотно связан с богиней.

— Угу, — кивнул юноша и, наконец, остановился. — Раз не получилось с ней поговорить, я начал расследование. Узнал многое. О том, с кем она встретилась и с чего все началось. Косвенно, разумеется, потому, как следы они постарались зачистить, но все, что я нарыл, передал нашим аналитикам. Сможешь сам ознакомиться. Я смог узнать об одном из их Владык, но цена... принцесса нашей семьи.

— Хочешь сказать, что они поняли, кто она? — растерянно спросил мужчина.

— Вряд ли, но если они как-то воздействовали на разум, то на сестру это не оказало влияния. Мы в это время принимаем только то, что готовы принять и грубые вмешательства какой бы то ни было силы отторгаются на инстинктивном уровне. Я думаю, что они просто приглядывались к ней, не сумев совладать. Но мне кажется, что отличился Артур, поскольку раньше, насколько я знаю, члены его семьи входили в школьный совет да в административном управлении мелькали, хотя и неявно. Но, если в школе новое поколение появилось почти одновременно, то вот от семьи Десели представителя не было и очень долго. Они лишь недавно перевелись в эту школу и, судя по всему, вызвали определенный переполох, — снова хмыкнул юноша. — Все были в курсе легенд о Совете и стали выяснять. Насколько я смог узнать, сестра тоже попалась на это. Ну, любопытство у нас в крови. Только, надеюсь, ее оно не сгубило.

— Так что же им все-таки известно? — практически повторил свой вопрос мужчина.

— Артур Десели — темная лошадка. О нем, фактически, ничего неизвестно. И самое обидное, что именно в его компании видели Марию последний раз.

— В последний? — непонимающе уставился на юношу сидящий на троне.

— Да. После школы она не пришла домой. Мне об этом мама сказала и отметила странности и сказала, когда они начались. Если верить, то сегодня пятый день, когда... в общем, думаю, понимаешь, — растерянно развел руками юноша.

— Пятый... — удивленно ответил мужчина.

— Да, — кивнул юноша и продолжил: — я тоже удивился. Насколько я знаю, такого никогда не было. — Тут мужчина кивнул соглашаясь. — И боюсь представить, в каком состоянии сестра пребывала. Я только надеюсь, что у нее хватило ума не обратиться за помощью напрямую к врагам. Если все так... то это печально.

— И мы ничего не можем сделать? — спросил мужчина.

— Нет, отец. Мне не удалось узнать, где живет Артур и проследить за ним. А время... уже ушло. Мы упустили. Когда у меня был шанс повлиять на ее, я его потерял. Меня оправдывает эффект неожиданности, но не снимает ответственности за свой проступок и ошибку. Поэтому я готов понести наказание. — В раскаянии юноша опустил голову.

— Я посмотрю, как тебя наказать, оценив предоставленную тобой информацию в полном объеме.

— Как скажешь, — опять склонил голову юноша.

— А пока жди. Если Мария покажется, постарайся ее разговорить и узнать, все, что сможешь. В зависимости от ситуации, это может как смягчить наказание, так и усилить, — грозно посмотрел отец на сына.

— Хорошо.

Юноша вновь склонил голову в знак уважения и покинул зал, а мужчина крепко задумался на возникшей проблемой и способами ее решения.

Часть 7.

Не ведая о прошедшем разговоре, в рабочем кабинете собрались Артур и его ангел Кирхст, Риз, Луиза, Фредерик. Юи и Аи сказали, что им рано пока знать об этом, а потому девочки сами нашли себе занятие, иногда поглядывая за гостьей, которая мирно спала в отведенной ей комнате. Брат им сказал, что их совещание затянется и, если девушка проснется, они сообщили ему, на что сестренки обиженно согласились: как так, знать не стоит, но при этом приглядывай за ней.

Артур подумал, что потом стоит как-то загладить вину перед Юи и Аи, но он подумает об этом позднее, а сейчас стоит сконцентрироваться на важном.

— Ты все-таки поступил по-своему? — неодобрительно проворчал Риз, начав не очень простой разговор.

— Да, — согласился с ним Артур. — Ты не видел ее состояния. Даже ты, Луиза, не видела ее. — Артур хмуро посмотрел на Ветренную. — Безысходность и отчаянье плескалось в ее глазах, готовность отдаться врагу, лишь избавиться от всего непонятного. Так ее достало то состояние. Как я сказал Совету, думаю, что она специально обозначила свое состояние, которое не было известно из-за каких-то защитных механизмов, потому, как в семье получила отказ и не знала, где еще можно найти помощь.

— Но почему выбрала вас, мастер? — с сомнением спросила Луиза.

— Сложила два и два, то есть все началось с появления Стила и моего Пробуждения. Именно это и послужило спусковым крючком, потому, возможно, она и рассудила, что я что-то знаю. К счастью, я уже успел хоть что-то выяснить и этого хватило, иначе я не берусь предсказать последствия. Невероятно сильная девушка, потерявшаяся в реальности, поглощенная почти безумием и не понимающая ровным счетом ничего, — такой она была бы. И это, знаете ли, страшно. Непредсказуемая, неадекватная. Поэтому я и рискнул. Во что все выльется, увидим, — закончив столь долгую речь, Артур отпил из чашки чая, который заранее приготовила Луиза.

— Именно поэтому вы не стали посвящать своих сестер в дела? — уточнил Фредерик.

— Тут несколько причин на самом деле. Первая и важная, которой и вы руководствуетесь, это то, что они еще не готовы. А вторая — да, неизвестно, как она отреагирует, потому как в нашем случае достаточно искры и вспыхнет пламя. Потому я сестренок и просил: не рядом сидеть, а просто приглядывать. Заглянули — спит и ладно, а заглянули и увидели, что глаза открыты, то сразу ко мне, — пояснил Артур.

— Что дальше планируешь делать? — задал вопрос Риз, который интересовал всех.

— В первую очередь, все зависит от того, когда и в каком состоянии она проснется. Попробую расспросить о том, что она будет делать и есть ли изменения в ее отношении и реакциях, хотя она может сразу не осознать всего. А там уже видно будет, что, куда и как, — ответил всем сразу Артур. — Но постараюсь через нее выяснить причины, по которым они на демонов охотятся. Может удастся как-то разобраться с этим, не проливая крови. Так что очень многое зависит от самой Марии, — добавил Артур и развел руками.

Риз хотел еще что-то спросить, но дверь открылась и внутрь заглянули Юи и Аи.

— Братик, мы не помешали? — вместе спросили они.

— Не особо, — отвлекся на сестренок Артур.

— Там... эта девушка проснулась...

— Как она? — поинтересовался Артур у своих сестренок.

— Мы просто в очередной заглянули, а она не спит. Ну, мы и поспешили к тебе, — сказали девочки и покраснели.

Артур потер переносицу. Похоже, их реакция — отголосок прошлого. Но, будем надеяться, справятся.

— Спасибо, Юи, Аи, — поблагодарил их Артур, на что они еще сильнее покраснели. Я сейчас к ней подойду.

— Угу, — кивнули сестренки и ушли.

— Как видите, — обратился Артур ко всем, кто сидел в кабинете. — Мария проснулась и наступило время проверить мои гипотезы, чем я сейчас и займусь.

Все сидящие кивнули, кто хмуро, кто поддерживающе. Артур встал и направился в комнату, где отдыхала Мария, а оказавшись у входа, спросил:

— Я могу зайти или не вовремя?

— А, да, проходи, — раздалось из комнаты.

— Как ты? — участливо спросил Артур.

— Намного лучше, — ответила девушка и положила руку себе на лоб, а затем продолжила: — По крайней мере, мир стал таким, как и прежде, и обрел четкие границы. Знаешь, как будто произошло что-то важное и необходимое, нужный кусочек паззла встал на свое место. Я... не знаю, как лучше и правильней описать это состояние. Слабость — да, присутствует и в тоже время ощущение чего-то нового. Чего-то, что я ранее никогда не испытывала. Я впервые пребываю в такой эйфории. Да, наверное, можно и так сказать. По крайней мере, это слово будет намного ближе остальных.

Кирхст до этого летавший у двери не утерпел и, подлетев к Марии, ткнул пальчиком в лицо, чем и прервал ее пламенную речь.

— Ты кто? — удивленно и растерянно вскрикнула девушка. — И чего тебе от меня надо?

— Мне? — задумчиво протянул этот бесенок. — Да ничего! — произнес он и вытаращил глаза, как будто первый раз ее видит, а затем задумчиво почесал подбородок. — Интересна твоя реакция. Ну, просто очень интересна.

— И что же я должна была сделать?

— Проверял... как бы сказать... действую ли я для тебя как красная тряпка на быка! Как-то так, — попытался выразить свои мысли Кирхст.

— М-м... Я чего-то не знаю. — Пораженная Мария перевела взгляд на Артура.

— Хм, с чего бы начать, — задумался Артур.

— Начни с самого начала, — ответила Мария.

— От сотворения мира, что ли... — пошутил Артур.

— Ну, зачем же так далеко. — У Марии прорезались игривые нотки. — Можно и поближе, намного ближе. Например, с того странного создания.

Артур взял один из стульев в комнате и подвинул его к кровати. Сел.

— Скажи, — начал Артур издалека. — Ты ведь понимаешь, что, даже, если бы я и хотел, то не смогу рассказать больше, чем могу себе позволить.

— Понимаю, — кивнула Мария и попыталась сесть, но, поняв, что она раздетая, отказалась от этой мысли.

— А ты помнишь, о чем мы с тобой разговаривали на крыше? — уточнил еще один момент Артур.

— Смутно. — Девушка на мгновение прикрыла глаза, а затем вновь открыла.

— Хм. О своем прошлом, переводе в новую школу и моих отношениях с Советом я умолчу, хотя это тема у многих на языке. Ты — единственная, кто об этом прямо спросила и рассказала. Остальные почему-то только шушукаются меж собой, но да ладно. — Артур вздохнул. — По информации Совета, в прошлом пересекались демоны и, так называемые, Охотники. Что послужило причиной — это мне неизвестно. Но факт остается фактом. И раз ты сказала, что все началось со Стила, то, видимо, есть какой-то психологический или иной момент, завязанный непосредственно на то, что тебе необходимо увидеть демона.

— Стил? Это то создание? — спросила Мария. — И почему вы решили, что я именно охотница?

— На самом деле, мы сомневались до самого последнего момента. Да и сейчас сомнения еще есть.

— Это когда Совет сделал что-то, что в итоге подруги не помнили о Стиле?

— Да, — кивнул Артур. — Совет заинтересовало то, что ты единственная сохранила воспоминания.

— Не совсем, — прервала его Мария.

— М? — в удивлении Артур вздернул бровь.

— Сначала показалось, что воспоминания подернулись дымкой, а потом стали вновь кристально чистыми, — пояснила Мария.

— Как бы то ни было, возникло предположение, что ты — охотница, но при этом не стали действовать на упреждение. От греха подальше. Здесь и боязнь ошибки, и нежелание создавать врагов на пустом месте. Потому решили понаблюдать за тобой.

— Что ты и делал. Вчера, — обвинила его девушка.

— Да. Я не знал, стоит ли вмешиваться. И боялся что-то нарушить своим вмешательством.

— Я поняла. Думаю, что любой другой поступил бы также, — горько произнесла Мария.

— Не стоит так реагировать, — попытался успокоить ее Артур.

— Кстати, долго я проспала? — Мария все же села, как ужаленная. Одеяло сползло и взору открылась грудь девушки. — Кья, не смотри. — Мария резко закуталась в одеяло и дико покраснела.

— Прости. — Артур тут же отвернулся. — Может, тогда оденешься. Скоро ужин и все равно придется встать.

— Ты прав, наверное, — протянула девушка.

— Мне выйти? — уточнил Артур.

— Будь добр, — попросила Мария.

— Хорошо, — не поворачиваясь, ответил ей юноша и вышел из комнаты.

В этот момент Луиза как раз шла мимо по коридору.

— Мастер, я к вам.

— М? — вопросительно посмотрел на Луизу Артур.

— Я хотела сообщить, что ужин готов. — Тут выражение лица Луизы стало проказливым. — Хм, Мастер, вас что выгнали? И вы позволили? Не сказали девушке о бушующей в вас буре чувств?

— О чем ты? — повысил голос Артур. — Не неси бред. Мария просто одевается, а я жду, когда она закончит.

— А я думала, что вы вышли специально, чтобы поглядывать. Такова ведь у вас натура в этом периоде жизни. Вроде как, — продолжила подтрунивать Луиза так, что и Мария наверняка услышала.

— Ветренная, следи кому и что говоришь, — вспыхнул Артур. — У каждой шутки есть предел. Я не извращенец и уж если дал девушке слово, то его сдержу, — тут же успокоился Артур.

— Простите, Мастер, — повесила голову Луиза, — я учту ваше пожелание.

— Контроль и еще раз контроль, — пробормотал Артур. — Мне, похоже, нужен контроль не силы, а контроль чувств. А это будет посложнее.

— М-м, Артур, — раздался голос Марии, — можешь заходить.

— Хорошо, — ответил ей парень, а Луизе сказал: — иди, мы сейчас спустимся.

Ветренная кивнула и ушла несколько неровной походкой, видимо, вспышка Артура ей тяжело далась, хотя она ничего плохого и не сделала, и не желала. Парень вздохнул и вошел в комнату.

— За всем этим я так и не узнала. Долго я проспала? — еще раз повторила свой вопрос девушка.

— Полдня. Не знаю, много или мало.

— Полдня? Я думала прошло намного больше времени.

— Нет, — помотал головой Артур. — Недавно наступил вечер.

— Прости, ты и впрямь не поглядывал. Я слышала... — неуверенно начала Мария.

— Клянусь. А на Луизу не обращай внимания, она и раньше подшучивала. Но, когда узнала о тебе, с чего-то решила нас чуть ли не поженить. Хм. С чего это ей в голову вступило? Неужели, ее удивило то, как я описал тебя? — задумался Артур.

— И как ты меня описал? — кошечкой изогнулась Мария, но тут же отпрыгнула назад, испугавшись своих действий, и покраснела.

Артур сглотнул, увидев соблазнительные формы под натянувшейся блузочкой.

— Не смотри, — отвернулась девушка и закрыла грудь руками.

— Прости, — извинился Артур, но, сопоставив действия и реакцию девушки, решил спросить: — Скажи, Мария, а ты себя также раньше вела или твое поведение изменилось?

— М-м? — удивленно распахнула глаза девушка. — Пожалуй, ты прав. Почему-то мне хочется веселиться и играть. И... м-м-м... хочу, чтобы меня приласкали, — еще больше зарделась девушка. Да и движения тоже мне нетипичны.

— Отсюда эта игривость и заигрывание? — уточнил Артур.

— Это от того, что я и есть охотница? — неуверенно спросила Мария, выгнулась, так чтобы посмотреть Артуру в глаза, а вот его взгляд смотрел Марии не в глаза, а на аппетитную ложбинку меж бугорками.

— Вот же ж, Луиза, — вздохнул Артур.

— Ответь, пожалуйста, — попросила Мария. Вероятно, для нее ответ был настолько важен, что она даже не заметила своих движений и какое она производит впечатление. У Марии даже кровь отхлынула от щек, настолько она серьезно ждала то, что скажет ей Артур.

— Охотница ты или нет, для меня неважно. Да даже, если ты и впрямь охотница, все равно я сказать тебе ничего не смогу, поскольку я о тебе ничего не знаю и откуда и из чего вы черпаете силы, — с сожалением развел руками Артур. — Тут я ничем помочь не могу. О своей истории и о том, кто ты, может рассказать только твоя семья. Но прошу, сначала выслушай обе стороны, а потом принимай решение: к кому и как ты будешь относиться, — закончил Артур свою речь и по какому-то наитию погладил девушку по голове, отчего та как будто замурчала.

— Думаю, я поняла. Когда я спросила о происходящем брата, он не стал со мной разговаривать, и я его прогнала. Значит, мне придется его заставить сказать то, что мне необходимо. Никогда не думала, что дойду до такого, — огорчилась Мария.

— Не расстраивайся, все получится. Постепенно, потихоньку, — подбодрил девушку Артур, а сама девушка прижала кулачки к груди и неуверенно кивнула.

— Спасибо, — поблагодарила Мария. — Не знаю, как бы я с этим справилась, если бы не ты, — неожиданно она засияла и на ее щеках появился легкий румянец.

— Кстати, я тут подумал, а тебя дома искать не будут? — неожиданно спросил Артур.

— Ой, — приложила Мария руку ко рту. — Что же делать-то? Плевать на брата и отца, я их мало вижу, а вот мама... — поделилась переживаниями Мария.

— Я так думаю, у тебя не хватит сил добраться до дома?

— Угу, — кивнула Мария. — Я собралась-то с трудом, так что...

— Тогда не пойми меня неправильно. Переночуй в этой комнате у нас. К утру, я думаю, восстановишь силы. А после школы уже и домой, раз все равно сейчас ничего не можем сделать, — предложил Артур.

— Дома у незнакомого мальчика, это как-то... — замялась Мария.

— Можно было бы и отвести тебя домой, но что ты тогда матери скажешь, — резонно спросил Артур.

— Ты прав.

— Не вешай нос. Ты справишься, разберешься. Если смогу помочь, то помогу, — пообещал Артур.

— Скажи, а почему ты мне помог? — вновь резко и неожиданно спросила Мария, опять глядя глаза в глаза.

— Хотел тебе помочь, да и ты вроде была не против, — честно ответил ей Артур. — Хотя и узнать о вас было интересно, но главным все же было именно помочь тебе. Я видел с самого утра, в каком ты состоянии, но не мог никак понять, почему никто не замечает.

— Спасибо, — поблагодарила Мария и, к огромному удивлению Артура, бросилась ему на шею и обняла. Добавила, видимо, не понимая почему: — Прозвучало три вопроса, на которые даны честные ответы. Я доверяю тебе, как себе.

— Эм, Мария, ты что-то сейчас сказала? — уточнил Артур, думая, что ему послышалось.

— Эм? — удивленно спросила девушка, отстраняясь от юноши, вновь заливаясь краской от стеснения. — Нет, я только поблагодарила тебя.

— А после?

— Я ничего больше не говорила. — От удивления Мария даже склонила голову набок.

Артур повторил ее слова, но девушка вновь сказала, что не понимает, о чем речь, и даже помотала головой. В итоге, юноша решил отложить эту загадку на будущее.

— А сейчас позволь тебя сопроводить на ужин, правда, не при свечах. Но, при необходимости, можно и это исправить, если будет желание, — галантно и шутливо предложил девушке Артур.

— Не знаю, соглашаться или обидеться, — задумалась Мария, принимая его игру. — Хм... все же, пожалуй, соглашусь, на обычный ужин, а вот при свечах... рано о таких вещах думать, рано, — выдала Мария и коварно прикрыла глаза.

Артур взял девушку за руку и помог ей спуститься вниз. Нет, Марию не вело из стороны в сторону, как это было с утра. Хоть и странно, что так быстро все прошло. Но, видимо, какие-то изменения еще шли или что-то с ней происходило, а может просто сказывалась уже трата сил. Так или иначе, Артур здраво рассудил, что подкрепиться ей не помешает прежде, чем она спокойно отдохнет.

Они спустились и вошли в столовую. Там Артур помог сесть Марии, а уже затем сел на свое место. Подумав немного, он представил своих сестер, Риза, Луизу, Фредерика и, задумчиво вздохнув, хоть это и было не очень красиво с его стороны, Кирхста. Ветренная уже разложила тарелки и еду, а потому все приступили к ужину.

Когда все поели, Артур помог Марии подняться в отведенную ей комнату. Девушка зашла в комнату, но ложиться не спешила, а вместо этого робко спросила:

— Скажи, Артур, а что ты собираешься дальше делать?

— В отношении чего?

— С демонами, с Советом, со мной, — перечислила девушка.

Артур задумался.

— Про демонов и тебя отвечу, а вот к Совету не лезь, пока, по крайней мере, — решил все же ответить Артур. — Что касается Легиона, то вместе с Ризом вернем предателей и поставим на место, ведь мы оба отвечаем за них, чтобы они не говорили и не думали по этому поводу. А что с тобой? Ты — сама решай, что и как. Ты — охотница и, наверное, будешь со своими, — сказал Артур и почесал затылок. — Если будешь с ними и решите все-таки на нас напасть, то прошу, хотя бы заранее предупреди. А так посоветую: держи глаза открытыми и уж лучше сама смотри, с кем дружить, а кого ненавидеть.

— Спасибо еще раз за помощь, — произнесла Мария и слабо улыбнулась. — Я воспользуюсь твоим советом.

— Добавлю еще одно: ты из всех своих сородичей единственная, которая настолько плотно общается с демонами, поэтому оцени все за и против хорошенько, а потом уже действуй. Но при этом не забывай, что есть вещи, которые может дать или рассказать только твоя семья, — закончил Артур свой ответ.

— Как и в твоей семье? — спросила Мария.

— По идее, да, но наши родители умерли слишком рано по неизвестной причине, — с грустью ответил Артур.

— Прости. Это мои родственники постарались? — решила узнать девушка.

— Нет, думаю, что нет. Там произошло что-то совсем непонятное, но не забивай себе голову. Это мои проблемы.

Мария почему-то с облегчением выдохнула.

— Отдыхай, — посоветовал Артур.

— Угу, — согласилась Мария.

— Позвать Луизу, чтобы помогла или сама сможешь? — проявил участие Артур.

— Не стоит. Я поела, так что сил хватит, а дальше меня ждет сон, поэтому не волнуйся, — ответила Мария и робко улыбнулась.

— Тогда спокойной ночи, — попрощался Артур и вышел из комнаты.

— И тебе снов, — пожелала вслед уходящему парню девушка.

Часть 8.

Новый день наступил.

Не знаю, почему, но с самого детства я любила прогулки под луной, ее свет как будто мягко ластился ко мне, напитывал и давал силы, при этом мне не очень нравилось, когда кто-то был рядом со мной, даже, если это было отец, мама или брат. Мне нравилось именно одной гулять, особенно, когда ветер ласково развевал мои длинные волосы, которые для таких моментов я специально распускала.

Но сегодня... не-е-ет... даже мысленно я помотала головой... вчера меня не только не тянуло погулять, но и сил не было на то, чтобы встать. Как будто... свет меня уже наполнил до краев и больше некуда ему литься. Хотя это всего лишь мое воображение. Да, всего лишь воображение.

Вчера. Да, вчера вечером я вела себя странно. Никогда так не поступала. Мне было стыдно... и так волнующе. Не понимаю, почему, но мне это понравилось. А прикосновение Артура это же... мр-р-р... словами не передать...

Эм, о чем я думаю. Соберись. Мысленно похлопала себя по щекам, не став делать это в реальности по одной простой причине: тот вчерашний ангел иногда залетал сюда через приоткрытую дверь. Вынюхивает или до сих пор ожидает от меня конкретной реакции?

Раздражает! Но, если честно признаться, не он сам, а его поведение. Да, если задуматься, то все именно так. Не нужен он мне и не буду я на него охотиться, как и вчера не было желания нападать ни на Луизу, ни на Фредерика да на любого из них. И дело не в том, что почти все из них сильнее и мне не совладать с ними. Нет. Просто я не видела в этом смысла.

Для меня шоком было узнать, что Артур не только Повелитель демонов и, судя по всему, легион у него немаленький, но и хозяин этого странного ангела, коих тут не видели от сотворения мира, если верить некоторым байкам и легендам. Что за невероятная смесь. Но как бы то ни было...

Я видела, что Артур вчера действительно пытался помочь в меру своих сил и возможностей, особенно, если учесть, что изначально считалось, что по неведомой мне причине, мы враги. Он был до определенного предела честен. Здесь его можно понять: он не имел права выдавать мне секреты своей семьи. По крайней мере, своей жене он, наверное, сказал бы.

О боже, о чем я только думаю. Стыдно мне должно быть.

И, несмотря на то его попытку рассказать все по порядку, все равно у меня в голове еще та каша, в которой хотелось бы разобраться. Сейчас еще раннее утро, поэтому время еще есть, чтобы постараться все расположить по порядку.

Глава 2. Путь Марии.

Часть 1.

Примерно неделю назад к нам перевелись, насколько я знаю, несколько учеников. Нет, сам факт перевода не удивителен. Заставляло задуматься другое. А именно, что это было три члена семьи: старший брат и две его младшие сестренки. Как я позднее немногим узнала их зовут Артур, Юи и Аи.

Думаю, что стоит отметить еще один факт.

У нашего учсовета весьма специфичная репутация. Говорят, что они впоследствии управляют городом или оказывают немалое влияние чуть ли не на всю страну, но явных доказательств такого нет, только голословные утверждения. Почему я упомянула учсовет? Причина проста: совет за всю его историю существования возглавляли Десели, а именно члены семьи с такой же фамилией к нам и перевелись.

Ходила еще одна легенда. Несмотря на утверждения совета, что вступить к ним может любой, если пройдет определенное испытание, в составе всегда были люди с одними и теми же фамилиями. Совпадение?! Вряд ли. Как будто место там передается от отца к сыну, от матери к дочери, в общем, от старшего поколения к младшему и со стороны непонятно по какому принципу все оно происходит потому, как молодой совет начинает действовать с одного им известного возраста, но, как по мне, слишком рано. Хотя может их сначала приучают, подсказывают и советуют?! Но если состав постоянен, то при чем тут слова о том, что вступить может любой? Странно.

Как непонятно и то, что в отличие от прошлых поколений, сейчас вместо семи членов было лишь шесть.

Кстати говоря, когда еще было море желающих вступить происходила не менее непонятная картина: всем пытающимся вступить был ответ, что они не прошли испытание, но так никто и не понял сути его.

Но я, кажется, ушла от темы.

Артура перевели в наш, десятый класс, а его сестер в восьмой.

Обычные дети, с какой стороны ни посмотри. Но после их появления все пошло кувырком. Они были общительными, уважительными, а девочки, насколько знаю, были немного стеснительными.

По крайней мере, так это со стороны казалось.

Брат и сестры?! Э, а где же их родители? Что-то я их не видела, да и намека на то, что они здесь живут. Раздельно? Или не могут быть со своими детьми по каким-то причинам? Но я даже их фотографий не видела, хотя они, возможно, где-то в укромном месте хранятся.

Луиза и Фредерик присматривают за ними, но они им не родители. Артур позднее сказал, что они — слуги. Но я опять забегаю вперед.

Сколько было разговоров на тему совпадения и несовпадения. Некоторые ребята из нашего класса порывались подойти, но не решились. Мне, как и всем, тоже было очень интересно.

Но в отличие от остальных, я переборола себя и во время обеда к нему подошла. Спросила, а в ответ недоуменный взгляд по поводу легенд, о которых и попросил рассказать. Пока объясняла, заметила немного уставший взгляд и легкий вздох.

Отчего такая реакция?! Это казалось странным, а мои мысли запутались, но хоть нить разговора не потеряла и то хорошо.

А потом все произошедшее стало напоминать страшные галлюцинации и где их начало, а где конец, мне не понять, потому как даже сейчас не совсем уверена, что все прошло.

А началось со всеобщей, видимо, игры воображения. Хоть в этом я была не одинока.

На спортивной площадке появилось странное создание, передвигающееся на четырех лапах. Я бы сказала, что оно напоминало собаку или волка, но шерсть была синего цвета, какой я не видела ни у одного животного.

Неожиданно в нашем классе появилась Мила. Она из нашего учсовета. Обычно спокойная и непоколебимая, но не тогда... она была взволнована и это мягко сказано. Короткий разговор. Приказ Артура и она бросается его выполнять. Слишком нетипичное для Милы, да и Артура поведение, насколько его я смогла узнать.

Когда наш класс добрался до спортивной площадки, там уже стояла почти вся школа. Непонятно почему, но та зверюга ни на кого не напала. Она водила по воздуху носом, как будто искала кого-то конкретного. И нашла.

Как-то изменившийся Артур встал напротив той собаки. Кстати, тогда я и увидела Луизу и Фредерика, потому как их назвали по имени. Но Артур им уделил буквально мгновение, а потом сосредоточился на пришельце.

Короткий бой и тварь побита, признавая власть победителя. Но самое странное и невероятное происходит потом.

Вокруг Артура сначала вроде как нагревается воздух, потом возникает красное марево, которое все больше и больше уплотняется, а затем словно ударяет в небо, будто стараясь его разорвать. И ощущение силы и мощи. Просто невероятное ощущение. Невообразимо! Неописуемо!

Но этим все не закончилось. Бьющее словно фонтан пламя не утихло, а наоборот... в нем сформировалось другая, более страшная рогато-чешуйчатая тварь. И вот уж у меня не найдется слов, чтобы описать то создание, по сравнению с которым та собачка, как несмышленый щенок.

Я уверена, что каждый, увидев это, стоял и не верил своим глазам. Но это происходило наяву!

Но даже и этим все не закончилось. Артур упал без сознания, а это создание превратилось в молодого мужчину. Довольно симпатичного надо заметить и от него не исходило ни грамма той жути, той страшной силы! Возникло ощущение, что все показалось.

Такого было первое ощущение нереальности происходящего. Первый вкус безумия того, что последовало дальше. Я не могла принять желания того человека, посоветовавшего... стереть нам память. Но не поняла к кому он обращался, ведь мы все тут были свидетелями того, что никогда не могло и не должно было происходить.

А после этот мужчина подхватил Артура на руки, приказал Луизе и Фредерику следовать за ним. Заодно они забрали двух девочек, вероятно, сестер Артура.

А я с остальными осталась переваривать произошедшее, ведь, кому не скажи, не поверят. Назовут, кем угодно, но не поверят ни одному слову. Да я и сама бы не поверила, коли бы не увидела своими глазами.

Думаю, что никто из нас не стал бы рассказывать дома, ведь это звучало бы как небылица.

Да, мелкие колдуны и маги появлялись, но отличить их от шарлатанов невероятно трудно, либо настоящие способности трудно назвать магией, по большей части, таковые оказывались просто трюками в руках фокусников. Немногие помнят, к чему привела магия, но они стараются донести страхи прошлого, как бы над ними не смеялись. А если попадались те, кто нарушал правила или переступал определенную черту, таких прилюдно судили со всем обоснованием опасности того, что сделал виновный или виновные.

Но никто и никогда не видел такой мощи. Это просто невероятно.

На следующий день все пришли в школу как обычно. Но нас сразу же огорошили тем, что занятия отменяются и все идут на медосмотр.

Проверили всех учеников. Некоторых почему-то вызывали к совету. Именно тогда я случайно услышала, что члены совета соберутся после медосмотра для подведения итогов. Мне стало интересно. И я по окончании медосмотра пробралась к кабинету и стала слушать.

Было плохо слышно, но некоторые слова я понимала. Неожиданно как будто что-то толкнуло меня в спину, и я словно влетела в дверь, уже за порогом упав на пол.

Я решила узнать, что происходит, но при этом мне показалось, что если хочу услышать правду, то и мне стоит говорить правду, насколько я в ней уверена. От связи с Артуром и тем демоном члены совета открестились и сказали, что мальчик меня интересует, то я должна задать все вопросы ему сама. Дескать, пусть он сам решает, что рассказать, а что нет.

В тот день с восприятием не было никаких проблем. А вот на следующий... даже вспоминать страшно. Все плыло, менялось. Я перестала понимать, где пол, где стены, где явь, где иллюзия. Я спотыкалась на ровном месте и натыкалась на стены, будто пытаясь пройти их насквозь.

На второй день уже почти перестала понимать, кто я такая, зачем существую и для чего живу. Мать как будто не замечала моего состояния и почему-то не трогала меня. Отца вообще редко вижу, а в эти дни его не было. Появился брат и я надеялась, что хоть он объяснит, что со мной происходит. Но, как только он начал говорить, я поняла, что ничего не скажет мне, и я прогнала его прочь.

Придя в школу, стала думать, сможет ли Артур мне помочь. Как-никак, с него все началось. Я заметила, как оценивающе смотрел на меня: ждал каких-то моих действий, что ли.

На второй учебный день я стала тенью самой себя. Не знаю, как выглядела со стороны, но странным было то, что никто и ничего не замечал. Да на меня совсем не обращали внимания.

Артур продолжал смотреть. Видел ли он мое состояние? Понимал ли? Но, если да, то почему не действовал сразу? Знал что-то и сомневался в правильности действий?

Но почему тогда, когда я все-таки дала повод ему вмешаться, он все-таки помог, как смог? И даже рассказал, что смог.

Но почему? Жалость? Или сам прошел через подобное тогда, когда появилось то создание, ставшее человеком? Кажется, повелитель демонов Риз? Они все живы с тех времен?

И посоветовал все же выслушать кого-то из родственников, из тех, кто знает, кто я такая. Может, у брата. Он всегда отвечал на мои вопросы. Но почему тогда не ответил? Когда я его фактически прямо спросила? Почему мне показалось, что он знал. Но почему ничего-ничегошеньки не сказал?

И сейчас после ужина я вроде бы все разложила по полочкам. И хочу отдохнуть. Я легла... и блеклый луч луны упал на меня, рассеивая темноту. И вместе с ним в моей голове зазвучал ехидный голос:

“Не нужно никого более выслушивать. Согласись, что глубоко в душе ты уже приняла решение. Осталось лишь его озвучить.”

“Кто ты?” — мысленно растерянно воскликнула я. “И чего тебе надо?”

“Ты — это я”, — раздался в ответ таинственный голос, продолжая смеяться.

“И все же, кто ты?” — попыталась еще раз узнать я.

“Придет время — узнаешь”, — последовал ответ, поставив точку в разговоре.

Черт! Что за невезение! Вроде только прояснилось, как вмиг все запуталось вновь.

Одни вопросы и никаких ответов. Артура спрашивать бесполезно, он не знает, это точно. Остается семья, но ответят ли они или откажутся.

Они ведь хотят, чтобы я сражалась против Артура. Кстати говоря, а чем я должна сражаться?! И почему или из-за чего я должна сражаться с ним?

Если что-то во мне пробудилось, то, что изменилось? Что-то я не ощущаю никаких изменений?

“Они проявятся, когда ты будешь полностью готова”, — все с той же усмешкой произнес нахальный голос.

“Кто ты?” — вновь спросила я.

Но ответа не было.

Черт да кто же ты! Голос похож на мой собственный, но в тоже время и не мой. Есть в нем что-то иное, что-то чуждое!

И что пытался сказать этот голос? Что я еще не готова? Что мне еще что-то аналогичное надо пройти?

“Нет”, — вновь вмешался тот голос. “То состояние характеризует активный поиск правды и истины. Этот этап уже пройден. Так проходит это у всех, кто слабее меня.”

“Слабее тебя?”

“Да. Слабее меня.”

“Но кто ты все-таки такая?”

“Еще не время тебе и миру узнать обо мне. Но я не плод твоего воображения, уж поверь”, — уже с легкой досадой продолжил тот же голос.

“А когда наступит ТО время?”

“Пока не знаю. Но запомни следующее. Ты прошла первый этап — этап Истины. Все остальные в твоей семье, в большинстве случаев, успешно проходят его в той или иной мере, если вообще Пробуждаются. Впереди еще два Испытания — Испытание силы и Испытание мудрости. Через Испытание силы некоторые проходят, некоторые — нет. В этом помогут тебе твой отец и твой брат. Они помогут узнать, в чем заключается твоя сила и как ее до конца пробудить. Они помогут и с тренировками. И останется третье, последнее Испытание — Испытание мудрости, которое отдалит тебя от остальных.”

“Но я не хочу ни от кого отдаляться!”

“Ты не будешь жить отдельно. Ты также будешь с ними общаться, если захочешь.”

“Но что ты тогда имеешь ввиду?”

“Разница в силе, понимании и управлении этой силой будут разными и весьма-весьма отличаться. Запомни, ты — это я”, — закончил свои пояснения голос.

Сколько бы я не звала, но ответом была тишина.

Своевольный и нахальный голос говорит только то, что ему вздумается, а на все мои вопросы отвечает, что сейчас — не время. Запомнить, что я — это она, но кто она?

И что она хотела сказать, говоря об Испытаниях? Испытание истины пройдено, то есть получается, что открыта первая дверь из трех? А каковы тогда остальные? Что они принесут?

Тренировки, которые должны будут меня подготовить к Испытанию силы, должны будут дать знание обо всей моей силе? И какова же она все-таки эта моя сила и в чем же она заключается!

Опять одни вопросы и никаких ответов! К чему все это должно привести?

Но никто не спешил мне ответить.

Часть 2.

Уже рассвет.

Из-за того странного голоса, который так и не назвал себя, я смогла поспать часа три-четыре, вряд ли больше. Сам разговор продлился не более часа. А вот мозг никак не хотел успокоиться, пытаясь все осмыслить. Кое-как, но я все же уснула. Хоть немного отдохнуть за эти дни и избавиться от мучений.

Я проснулась от того, что лучи восходящего солнца, проникающие в окно, нагло били по глазам. Я проснулась и повернулась на другой бок. Но сон уже ушел и у меня больше не получилось заснуть.

Вспомнив ночной разговор, вновь задумалась о том, как ко мне и моему положению относится Артур и почему он все-таки помог. Потребует ли что-то взамен? И к кому обратиться, чтобы разузнать о себе. К брату? Попросить или потребовать? Так или иначе, я хочу знать и узнаю.

Я так решила и так будет.

Захотела повернуться, но передумала.

Артур говорил, что мои предшественники по неизвестной причине нападали на демонов, как верно и обратное. За все время, что я уже не спала, тот ангел несколько раз залетал в комнату, видел, что я не сплю, и, не сказав ни слова, улетал. Не доверяет? Но это его личные сомнения или так он выражает настоящее отношение Артура? Да и как они связаны меж собой?

Но как бы то ни было... Как бы меня ночной голос не раздражал, а в одном он прав: ряд решений я уже могу принять и в дальнейшем придерживаться их. И первое, это то, что у меня нет ни желания, ни необходимости нападать на Артура. Также нет и упоминаемых им инстинктов, которые могли появиться. Я, кстати говоря, вообще изменений не ощущаю. Интересно, так оно и должно быть? Или со мной что-то не так? Хотя... если рассуждать логически, то рассказать о том, кто я, должен был кто-то из членов семьи, а не возможный враг. Но получилось то, что получилось. И у меня нет ни ненависти, ни душевного порыва. Ничто не заставляет меня считать Артура врагом. И не только его, но и всех остальных.

Наверное, это первое отличие. И не стоит об этом сразу говорить. Мало ли как к этому отнесутся.

В дверь кто-то тихонько постучал.

— Да, — отозвалась я.

— С добрым утром, — сказала зашедшая в комнату Луиза. — Как ты себя чувствуешь?

— Да вроде нормально, — неуверенно ответила я.

— Мастера я уже разбудила. Хозяек тоже. Тебе дала по возможности подольше поспать из-за того, что ты столько перенесла. Пришла будить, но смотрю ты уже не спишь. Одевайся. Туалет в конце коридора, а затем спускайся завтракать, — сообщила мне Луиза.

— Спасибо за беспокойство, — поблагодарила я.

Выслушав мой ответ, Луиза ушла дальше заниматься своей работой.

Я сначала села на кровати. Голова не кружилась. Слабости особой не чувствовалось. Было ощущение, что как будто не выспалась, но не более. Зевнув, все же встала с кровати и, взяв школьную форму, состоящую из белой блузки, черной юбочки и голубого пиджачка, быстро оделась. Проследовав по указанному Луизой направлению, привела себя в порядок, а затем спустилась в столовую.

— Артур, хочу поблагодарить тебя за оказанную помощь, — сказала я.

— Все в порядке, — ответил он.

— Сегодня я поговорю о произошедшем со своей семьей. Правда, не знаю, как они отнесутся к этому, — продолжила я высказывать свои мысли.

— Ничего страшного. Все в порядке. Главное, будь собой.

“Быть собой?” — мысленно хмыкнула я. “Не зная, кто я такая и что нужно обладателю того нахального голоса! Надеюсь, он не смеется, хотя он ведь тоже через что-то подобное прошел. Видимо, действительно, хочет помочь.”

Похоже, что-то отразилось у меня на лице, поскольку он продолжил:

— Главное, будь собой. Смотри, слушай, но решения принимай сама. Решай, что важно для тебя и действуй так, как считаешь сама, что это правильно.

— Спасибо.

Это было во время завтрака. Покончив с ним, я с Артуром и его сестрами отправилась в школу.

Нам надо было пройти минут десять до автобусной остановки, сесть на автобус, который довезет почти до школы, а там через парк и мы у входа. Весь путь займет около получаса.

Дом Артура располагался на окраине города, поэтому сейчас мы шли по полю, которое и выведет нас на основную дорогу, а там пара минут до остановки.

“Как красиво”, — подумала я. “Такое очарование каждый день с утра поднимает настроение и держит его на высоком уровне. Хорошее начало дня.“

И было чему удивиться.

Огромное поле простиралось так далеко, как мог видеть глаз и казалось бескрайним, создавая ощущение, что то ли оно упирается в небо, то ли его подпирает. От цветов и трав, растущих здесь, воздух был наполнен чудесными ароматами.

“Аромат? Действительно, превосходен. Такие четкие и ясные ощущения”, — удивилась я. “Неужели, это одно из первых ощущений? Обострившееся обоняние?”

Но ее мысленные вопросы остались без ответа. Почему тот голос молчал после ночи? Все это по-прежнему оставалось загадкой.

Мы продолжали идти по полю.

— Какая чудесная ... — начала Юи.

— ... погода, — закончила Аи.

Я с его сестрами мало пересекалась. Но эта их привычка заканчивать фразы друг за другом завораживала. Одни, стараясь их понять, переключались с одной на другую и часто теряли из виду то, что надо было их воспринимать, как бы сказать, объемно, что ли, то есть не акцентироваться на каждой, а слушать то, что они говорят сразу и в целом. Когда на них смотришь с этой точки зрения, с ними можно болтать о чем угодно, и не бояться, что у тебя будет болеть голова.

— Полностью согласна. — Я была согласна с ними. Погода и впрямь стояла превосходная.

Шла вторая половина сентября, но, несмотря на это, солнце ярко светило и осенью даже не пахло, хотя, в целом, стало несколько прохладнее.

Выйдя на дорогу, мы добрались до остановки аккурат к приехавшему автобусу, на котором, собственно, и продолжили путь.

Ехали мы в молчании. Ни я, ни Артур, ни его сестры не спешили начинать разговор. Мне не о чем с ними было говорить потому, что важное было сказано за завтраком. Артуру, видимо, более было нечего добавить. Да и с предложение дружбы и подобных отношений он, похоже, не собирается спешить. То ли не знает, чего ждать, то ли выжидает, когда я сама разберусь, и решу расставить все по местам. Пока трудно судить, что он думает обо всем этом. А сестры его то ли стесняются, то ли просто не хотят разговаривать.

Так мы в тишине, лишь прерываемой звуком мотора автобуса, добрались до парка у школы. По парку тоже шли молча, только я вновь ощутила более четкие запахи. Зелень еще не облетевшей листвы и пряность уже опавшей.

В середине парка сестры пошли в другую сторону, к школьному зданию, где занимались ученики с пятого по восьмой классы. Я с Артуром отправилась прямо к нашему корпусу.

И все же мне хотелось прояснить причины его помощи, о чем не утерпела и спросила.

— Артур, я бы хотела уточнить.

— Что же именно?! — спросил он, остановившись. — Не стоило бы тут разговаривать, в общем-то.

— Из-за Совета?

— Да. Не поймут или сделают не те выводы. Но раз начала, то спрашивай.

— Почему ты помог и что от меня ждешь?

— Хм, — задумался, видимо, пытаясь сформулировать все, что мог сказать. — Помог потому, что трудно было наблюдать за твоими страданиями. А в плане того, жду ли я от тебя чего-нибудь? Надеюсь, остаться друзьями, хотя бы, но не врагами. Но все зависит от того, что тебе расскажет семья. Они лучше знают, кто ты и в чем твоя сила, а также в чем ее источник. Нужна ли тебе эта Охота или нет. Все зависит от тебя и твоих решений, и это я тебе уже говорил.

— Значит, хочешь, чтобы мы остались друзьями?! — сомневаясь, спросила я.

— Да, — прямо и честно ответил Артур. — Но, повторюсь, все зависит от тебя и твоих решений. Поэтому буду просто ждать твоего ответа, когда ты будешь готова его дать.

Этим он меня, честно говоря, удивил. Заявлять такое, в общем-то, незнакомой девчонке, ну пару раз до этого пересекались, не считать же это знакомством, да и к тому же потенциальному врагу. Либо он глуп, либо уверен в своих мыслях, хотя честность его и подкупает. По нему видно, что произносит он это от чистого сердца.

— Эм-м... — на честность лучше, наверное, ответить честностью, все-таки он здорово помог, — обещаю, как только выясню достаточно, чтобы определиться, сразу сообщу тебе.

— Это обещание? — серьезно спросил он.

— Обещание, — подтвердила я.

Дав эту клятву, я ощутила себя обязанной дать ему ответ, как только смогу. То ли дело во всей серьезности ситуации, то ли еще в чем. Но почему-то я прекрасно поняла, что в данном случае: слово есть слово, обещание есть обещание, клятва есть клятва, — и без веской причины лучше не нарушать ее. Может ли стоять за этим что-то большее? И как к этому отнесется тот странный голос?

Не знаю! Хотя почему-то мне кажется, что он будет мало доволен. Но лишь время даст ответы.

— Идем, а то опоздаем на занятия. — Артур прервал мои размышления.

— Ага, — согласилась я и мы продолжили путь.

Часть 3.

Сегодня занятия прошли, как в тумане. Не в том тумане, который совсем недавно разрывал мне сознание и из-за которого я сходила с ума. Нет, просто вроде присутствовала на занятиях, что-то писала, но все это как-то расплывчато. Я просто не могла сконцентрироваться на материале и как будто плыла по течению. Все, что рассказывали, казалось неважным и ненужным. А вот предстоящий вечером разговор был как раз важным.

Важно не только, что узнаю в ходе его, но и результат. И я, наверное, нервничала. Да, так правильнее будет сказать. Но пугала ли неизвестность или моя неготовность к тому, что я могу узнать?! Или все же сама неопределенность? Не знаю.

Как бы то ни было, но школьные занятия закончились. И на несколько мгновений стало полегче. По крайней мере, не надо делать вид, что все нормально. Если Артур что-то и видел, то не подходил и не мешал, видимо, считал, что тут я должна сама справиться или уже сказал все, что мог.

Что ж, дорога домой была обычной, за исключением моей некоторой рассеянности.

Привычно зайдя, я поздоровалась с матерью пошла к себе в комнату. Отец редко когда бывал дома. Неужели он давно все знал и занимался той деятельностью. И знает ли мама об всем: об отце, об охоте, обо мне. Стоит ли попытаться поговорить с ней или наверняка с братом, который, как мне кажется, уж точно все знает.

Спустившись в столовую, я молча пообедала. В воздухе висела напряженная тишина. Наверное, мама ее тоже чувствовала, но не знала, с чем она связана. Наверное, по крайней мере, мне так хочется думать.

Когда я уже заканчивала, открылась входная дверь. И через минуту этот человек показался в столовой. Это был мой брат.

— Мария, нужно поговорить, — сказал он, даже на удивление не поприветствовав. Голос был чист, но я чувствовала, что он напряжен.

— Дай ей хотя бы доесть, — попыталась вмешаться мама.

— Конечно, — кивнул он. — Я подожду тебя в твоей комнате.

— Хорошо. — Хоть с набитым ртом говорить и некрасиво, но все же я решила отреагировать. Что ж, хотела узнать о том, кто я такая, вот он мой шанс. Сам идет в руки. Братик мог начать говорить только о интересующем меня вопросе, ибо я не вижу ничего другого, о чем он мог бы сейчас желать разговаривать.

Закончив с едой, я собралась и поднялась в комнату. Не считая себя хоть в чем-то виноватой, я села на свою кровать, подогнув ноги под себя. Брат стоял у стоявшего у окна письменного стола, смотрел и ждал. Я тоже молчала.

После минуты молчания я все же сделала жест, предлагая ему начинать.

Удивившись, он все же начал:

— Нам нужно серьезно поговорить.

— Хм, — все-таки не удержалась. — Скажи сначала лишь одно. А мама в курсе всего этого?

— Что? — удивился он. — Т-то есть... ты понимаешь... о чем пойдет речь? — И все-таки в конце добавил: — Нет, не в курсе.

— Это, наверное, должно меня обрадовать... или все же нет, — задумчиво протянула я, легонько постукивая пальцем по губам. — Не знаю, даже, как и реагировать, — увидев его вытянувшееся выражение лица, я все же добавила: — да, я догадываюсь, о чем речь.

— Значит... — дальше он замолк, видимо, не зная, какую из витавших в его голове мыслей озвучить.

— Именно, что значит... — ну, не собиралась я облегчать задачу родному брату, после всего, что пережила, а он в нужный момент не помог. И, кстати, да... — Скажи-ка, мой любимый братик, в прошлый наш разговор ты ведь знал, что со мной происходит? Или догадывался? — миленько улыбаясь, озвучила я, потянувшись к нему.

Не пойму, чего он занервничал, хотя только ли это. В нем было замешано много всего. Страх, чуть ли не ужас. Удивление. Опасение.

И, да, чего это он?! Что за гамма? Почему?

Кстати говоря, я уже не сидела, подогнув ноги, а, продолжая смотреть на брата, встала на четвереньки, слегка сжав ладони в кулачки. Прям-таки кошка, готовая к прыжку.

Кошка?! А почему именно кошка? А та, разговаривавшая со мной, имеет к этому отношение? Такое же ночное создание и поэтому общаться ей легче ночью?

Задумавшись и нахмурившись, я присела. Пытаясь осмыслить, я потянулась кулачками к глазам, чтобы потереть их, и потрясла головой.

О чем это я думаю? Я ведь еще не закончила экзекуцию, чтобы спокойно свернуться и поспать? Нет, ведь? Тогда, продолжим!

— Итак, на чем это мы остановились, а, бра-атик?

Брат, видимо, только успокоился, а тут опять задергался. Ничего, ему полезно. Но все-таки не пойму, он же старше меня, знает больше обо всем этом и паникует? Ну да, от этого моя маленькая мстя только краше и вкуснее. Я аж замурлыкала от удовольствия. А у брата, видимо, навечно решил поселиться нервный тик.

Продолжает молчать. Вот, зараза! Ну-ну! Ну-ну! Ну-ну! Тем хуже для него! Молчит, не признается, партизан под допросом! Ну-ну! Что ж, начнем маленький план по выбиванию правды. Да будет так! Ага.

— Бра-а-атик, ну разве ты не хочешь помочь дорогой сестричке. Я ж сгорю от нетерпения и любопытства. Ты же ведь этого не хочешь, дорогой мой бра-атик?

— Н-нет... — так, выпал из ступора. Уже прогресс. — Повторить вопрос?

Он усиленно замотал головой из стороны в сторону, но я все же сказала:

— Так почему ты бросил меня, когда я не могла понять, где реальность, где нет? Когда не могла толком спать и снилась всякая чепуха? Когда вместо действительности я видела лишь серебристую рябь? Когда от паники и отчаянья хоть что-нибудь понять я была готова лезть на стенку и повеситься? Когда мне помог тот, кто по идее не должен был помогать и оказался более гуманным и понимающим, нежели мой родной брат, который знал и видел мое состояние, но не счел нужным помочь. К тому же от того же человека я знаю, что должна якобы охотиться на него и в итоге убить, но он не знает, почему якобы должна это делать, ни, тем более, зачем. А вот тот, кто мог с этим помочь, до сих пор молчит! — рассерженной кошкой прошипела я, все-таки не сдержавшись. Во время этой тирады я медленными и плавными движениями приближалась к нему, а к концу — уже уставилась ему в глаза. Осталось только поднести стальные когти к его глотке и хорошенько припугнуть. У-у-у, а вот и коготки, только откуда взялись?!

— Хорошо, хорошо, я все расскажу. Только, пожалуйста, успокойся. Не зная всего, ты сейчас можешь натворить бед.

— И, благодаря кому, надо заметить, все дошло до этого? — спросила я, как ни в чем, не бывало, вылизывая языком тыльную сторону ладони, но когти так и не исчезли.

— Из-за меня, — немного успокоившись, сказал братик.

— Секундочку. — Я вновь села на кровать, подогнув ноги, вроде как прилежная и послушная девочка. Когти, надо заметить, исчезли. — Вот теперь начинай.

— Ага. — Братик еще не до конца оправился от шока. Это было видно по его глазам. Но все-таки взял себя в руки и начал рассказывать.

Часть 4.

— Вы ведь проходили общую историю на уроках? — спросил меня брат.

— Ну да, — пожимая плечами, сказала я. — Не всю, не до конца и не в подробностях, но да.

— То, что не всю, это понятно. В истории было и так и до сих пор осталось слишком много белых пятен. Очевидцев событий нет, либо их вычеркнули из жизни. Причем, резко и бесповоротно. Что наводит на определенные мысли. Но не в этом дело. Наш клан является одним из тех пятен, о которых никто и никогда не расскажет. Даже у нас в семье знают лишь общие сведения о прошлом и ничего конкретного.

Я чувствовала, что он пытается быть максимально искренним, рассказывает все, что знает, а потому не мешала ему, да и та игривость куда-то ушла.

— Сообщи тогда то, что знаешь.

— С чего бы тогда начать?

— Может, с самого начала. С нашего появления, а дальше посмотрим, — заглянув ему в глаза, я немного наклонила голову.

— Наверное, — кивнул он и продолжил. — Тогда шла эпоха магических экспериментов, когда обнаружили какую мощь скрывает пламя, вода, воздух, земля и остальные первоэлементы. Но среди них были гении иных направлений. Даже тогда о них ходили легенды. Не в том смысле, что они были знамениты, а в том, что тогда неизвестно было наверняка удались ли им их эксперименты или нет. Но мы являемся подтверждением этих легенд, — вздохнул он, сделав паузу, собрался с мыслями и продолжил дальше. — Эти гении занимались созданием новых рас с разными свойствами. Сколько таких было в итоге, неизвестно. Создавших мы до сих пор называем богами и богинями, ведь как еще можно назвать тех, кто превзошел разумом всех остальных.

Чтобы дать брату передохнуть и сказать самую суть, я вклинилась:

— И кто же создатель нашей расы и в чем особенности ее?

— Сейчас настоящего имени нашей богини никто не знает, но мы ее называем лунной богиней Камитеру. Истинная сущность наша — это кошка, но про богиню говорят, что она была кошкой, гуляющей сама по себе. Также говорят, что из поколения в поколение она наблюдает за нами. А когда появились демоны, нас посчитали с ними заодно, поэтому мы предпочли спрятаться, а не остаться на острие ножа. Да и силы нам легче использовать ночью, поэтому мы и задания предпочитаем выполнять в темное время суток, когда у нас преимущество. Те, кто пробудился. Но, а сейчас скажи, с чего началось твое Пробуждение? И как проходило?

Я задумалась. Рассказывать про Артура не хотелось, но без этого не объясниться.

— С чего бы начать?

— Тогда, чтобы тебе легче было протянуть полноценную связь, скажу следующее, — неверно оценив мою задумчивость, добавил брат. — Поскольку нас посчитали демонами, но испокон веков мы считаем виноватыми в наших несчастьях именно их, а потому и Пробуждение начинает тогда, когда один из членов видит демона. Также нам известно, что ты в курсе появления Повелителя этих тварей и то, что последним тебя видели в обществе Артура, который, судя по всему, обладает достаточной информацией, чтобы помочь тебе пройти самый болезненный этап нашего Пробуждения. Связав одно с другим, мы предполагаем, что Артур и есть Повелитель демонов. Так что все остальное, что ты скажешь, всего лишь подтвердит наши догадки и позволит нам связать одно с другим.

— Хм-да, — наполовину хмыкнула, наполовину протянула я. — Даже отступного пути не оставил. Ну и ладно, раз и так все знаете, — хоть я и согласилась, но озвучивать свои мысли по поводу Совета не решилась. — Если кратко, то сначала на нас нападает какая-то странная собака, которая в итоге оказывается демоном, но ее усмиряет Артур, а затем, похоже, помогает появиться Повелителю демонов в нашем мире. Но ни как он это сделал, ни каковы его причины, я не знаю. После этого мне начало казаться, что меня обволакивает туман или я начала терять зрение. С каждым мгновением все это становилось все острее и острее. Когда мы с тобой разговаривали, я достаточно различала предметы, чтобы не споткнуться и внешне вести себя нормально, но психически все было с точностью наоборот. А когда все это достигло максимума, мне и помог Артур. Как оказалась у него дома, не знаю, ведь вырубилась, будучи у него на руках. Но с тех пор могу видеть и ангелов, да и весь мир стал четче. Когда шли в школу, мне показалось, что мое обоняние обострилось. Вот вроде и все.

— А он тебе много рассказывал или что-то особенное выделял? — спросил меня брат, но был ли в этом подвох. Мне казалось, что да, что этот вопрос важнее всего остального. Но, не зная точно, трудно сказать, какой ответ его удовлетворил бы.

— Думаю, что важным было то, что сказал он слушать, то есть выслушать обе стороны, но решение принимать мне самой. В смысле, окончательное решение о том, кто друг, а кто враг.

Он, кажется, вздохнул с облегчением. Неужели им было важно убедить меня в своей правоте?!

Вспомнив слова ночного голоса о Пробуждении, решила спросить у брата:

— Скажи, а вот это состояние, через которое я прошла, это все или еще что-то будет? И если будет, то насколько мучительно, потому, что вряд ли переживу это вновь.

Не знаю, исчерпала ли я его запасы удивления, или он посчитал это за специфику моей адаптации к изменившемуся для меня мира, но все же ответил:

— Всего существует три этапа. Через первый ты прошла, он именно в психологическом плане самый сложный. Второй этап — это изучение своих способностей, а третий этап — это раскрытие духовного потенциала, если сможешь, конечно.

— А что не все его проходят?

— Некоторые до него даже не доходят.

— Обрадовал, — хмыкнула я.

— Что есть, то есть.

— И что ты планируешь дальше делать? Ты, зная все, пришел проверить меня?

— Ну да, — согласился он.

— И что же ты решил?

— Решил-то? Что завтра отведу тебя в наш храм к отцу, там и решим дальше, что делать. А сейчас, не думай ни о чем, не тревожься, занимайся и отдыхай.

— Вы ведь не бросите меня?

— С чего ты взяла?

— Но я ведь могла и не пройти эту проверку. Что было бы, если оказалось, что воспринимаю вас наоборот, как своих врагов.

— В этом случае, не повел бы в храм, но научить использовать свои силы, чтобы ты не причинила вреда ни себе, ни другим, это бы сделали. Да и чтобы себя по глупости не раскрыла. Мы своих никогда не бросаем да редко, кто осознает себя и проходит даже первый этап.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я брата.

— Угу, — кивнул он. — Тогда все, завтра, ближе к вечеру отправляемся в храм, — сказав это, он ушел.

За то, что Артур помог, думаю, надо ему, как минимум, намекнуть, что за ним следит не только Совет, но и наша семья, и что есть такие даже в самой школе. Всего скорей, он примет к сведению. Хорошо и то, что они решили, или, по крайней мере, только брат, что он наверняка научил бы использовать новые возможности, каковы бы ни были его причины: взаимопомощь семьи, любовь брата ко мне или иные.

Я надеялась, что хватит одного разговора, а тут еще и завтра, причем не менее сложный: разговаривать, как минимум, с отцом и, возможно, не только им. Надеюсь, не ошибусь. Хотя, если тому голосу легче ночью, то наверняка появиться и что-нибудь скажет.

И, кстати, что он вначале сказал. Нашу богиню зовут Камитеру и она — кошка, гуляющая сама по себе. По его словам, говорят, что она из поколения в поколение появляется. И ее странные слова, что я — это она. Она... Камитеру?! Лунная богиня?! Учитывая те слова, что расстояние меж мной и ими в потенциале огромно в плане сил и возможностей, то я склоняюсь все же к этой версии.

А если я угадала и теперь знаю, кто она, будет ли она более сговорчива? Станет ли она хоть что-то объяснять или скажет, что не время, или что я слаба?

Черт! Голова кругом идет, а мне еще домашнюю работу делать.

Медленный вдох и медленный выдох. Успокоится и делать пока то, что могу, и надеяться, что ночью она появиться и окажется более сговорчивой.

Вперед! И я приступила к урокам.

Часть 5.

Приближался вечер.

Время тех, кто прячется в тени, или прячет свой лик. Тех, кто не хочет, чтобы его разоблачили или узнали. Время тайных операций и большей части переворотов.

Так было, так есть и так будет.

Шел я не в лучшем расположении духа. Почему... Тут много причин.

Я только что поговорил с сестрой. По идее, можно было ожидать худшего. Того, что она полностью от нас отвернется, но она все-таки хотела узнать, кто она такая, что не может не радовать.

До конечной цели, а именно горы, мне далеко и нужно было полностью осмыслить весь разговор с ней.

То, что демоны косвенно знают о нашем существовании, это известно. Пересечения были и итоги скользили то в одну, то другую сторону. То, что она сразу поняла, и еще на кухне дала понять, что понимает, о чем речь, не может не настораживать. Как много о нас знают наши враги и о сколь многом догадываются.

Ее игривость могла оказаться смертельной для меня, ведь если бы она хоть на миллиметр ошиблась, то своими когтями могла бы и шею мне разрезать. Прочность этих когтей несравнима ни с чем и то, что она их так легко вызвала, тоже говорит о ее силе. Хотя ее голосок, когда шипела, неплох, но кошка шипит в ярости. А если бы она стала бы использовать свою ярость. Вот тогда мне точно не поздоровилось бы.

Тем временем, я достиг окраины. Выйдя за черту города, я еще больше ускорил шаг, для любого он покажется бегом, но для меня являвшийся обычным пешим шагом, а та скорость, с которой шел в городе, сравнима со скоростью черепахи.

Сейчас и у Марии осознанно или нет происходят изменения. Скорость реакции, скорость передвижения, ловкость, гибкость, пластичность, укрепление мышечной ткани, — все это повышается. И хорошо, если это пройдет во сне, но если это будет происходить, когда она будет бодрствовать, то ощущения наверняка сравнимы с ломкой. Хотя я и презираю людишек, которые доводят себя до такого состояния.

В итоге, хорошо, что Артур, каким бы ни был он врагом, сказал Марии, чтобы она слушала и тех, и других, но решала сама. С одной стороны, у нас еще остается возможность ее переубедить, с другой стороны, плохо тем, что конечным остается ее решение, а кошки вроде ее всегда были непредсказуемы.

Минуты за три я миновал небольшой лесок, словно пояс, окружающий гору. Но моей целью была не сама гора, а располагавшийся на правой стороне склона храм. Храм лунной богини Камитеру, нашей богини. Вход был в пещере, закрытой стеной из лунного света, через которую могли пройти лишь представители нашего вида. Сам вход являлся порталом в обособленное пространство и поддерживался ядром в самой глубине храма.

Здесь всегда сумерки и светит луна. Земля покрыта будто сказочным ореолом и даже статуи, изображавшими великих предков, отливали сияющим бледно-зеленым светом, придавая еще большую загадочность местности.

Тропинка виляла, огибая эти статуи. Насколько я знаю, эти статуи появлялись сами по себе и на своем месте. Почему, я не знал, да и отец, наверное, тоже. Возможно, могла бы ответить сама богиня, но она была глуха к нашему зову. А легенда говорила, что она все-таки наблюдает за нами.

Войдя в здание, я прошел небольшой коридор, выйдя к холлу, на который с двух этажей выходили коридоры и по имеющейся здесь же лестнице, соответственно, можно было попасть в любую часть. Отсюда дороги шли к ритуальным залам, залам исследований, залы для тренировок, но мне было не к ним. Поднявшись на второй этаж, я пошел по коридору, располагавшемуся напротив входного. Он вел к залу совещаний. И отец уже ждал меня.

Он сидел на троноподобном кресле в дальней части зала. По кругу здесь стояло еще десять кресел, но насколько известно советников никогда не было столько, чтобы все места были заняты. За всю историю, кроме главы, было еще пять советников и это максимум. Все потому, что наш клан никогда не был многочисленным. Вдоль стены стояли статуи представителей нашего клана. Среди них были мужчины и женщины, а среди оружия были и посохи, и луки, и мечи, и кинжалы, и другие, которые сразу и не назвать.

Я встал посредине зала и изложил разговор с Марией и свои соображения, в которых, в общем-то, так и не пришел к однозначному выводу.

— Значит, все-таки считаешь, что стоит попытаться. Привести Марию сюда и тренировать? — подвел отец итог моего доклада.

— Думаю, да. Она сильна, сильнее многих других, особенно, с учетом последних поколений. Так реагировать и использовать по чистому наитию, согласись, ни ты, ни я сразу на такое были неспособны, а она сделала так, будто это у нее в крови.

— Да уж, — задумчиво протянул отец. — Стандартные методы не подойдут, значит, придется ей рассказать, что известно, а дальше ждать ее решения.

— Да, я тоже пришел к этому же мнению. Учитывая, что я и так ей рассказал основное. Осталось ей сообщить лишь детали, да и почему мы ищем демонов и хотим их убить. Хотя мне кажется, что она уже все для себя решила. И наши усилия будут тщетны.

— Если есть хоть малейшая надежда, то мы не должны ее упускать. Приводи ее завтра в это же время.

— Хорошо, отец.

— Тогда иди.

Оставив отца, я покинул зал совещаний. Возвращаясь домой, я думал о сестре и как с ней все может сложиться.

Часть 6.

Время приближалось к ночи.

Когда брат ушел, у меня появилась возможность обдумать прошедший разговор: не только мои слова, но и действия. И хоть он сказал не тревожиться, но непонятно, что у него и остальных на уме.

Сначала, разумеется, сделала домашнюю работу, чтобы она не отвлекала, заодно смогу теперь немного отстраненно посмотреть на произошедшее и, возможно, решить, как поступать дальше.

Во-первых, выразила свою злость и обиду не хуже рассерженной кошки, да и шипение под стать было. Но это, в целом, мелочи. Во-вторых, появившиеся по моему желанию когти. И не только это, а если бы они появились чуть позднее... Нет, нет и нет, не хочу даже представлять. Я могла бы убить брата. НЕТ! Я даже предполагать такого не хочу.

Я хлопнула пару раз себя ладонями по щекам, чтобы взбодриться и прогнать эти мысли из своей головы.

Минуту спустя вроде бы отпустило и все кровавые пятна и залитый кровью пол исчезли из моего воображения.

Кто же все-таки я такая?

"Ты — это я", — будто на пределе слышимости прозвучал нахальный, так похожий на мой, но все же чужой голос.

"Неужели уже можешь разговаривать?" — ехидно поинтересовалась я на сей раз мысленно.

"Еще нет", — слегка прошелестел голос. "Время еще не пришло."

"Хм", — так я выразила свое отношение к этому ее комментарию. "И когда же оно, позволь узнать наступит?!"

"Еще несколько часов и сможем поговорить", — ответила та странная сущность.

"Ты ведь Камитеру?" — спросила я самое важное из всего того, что хотела узнать. "Ты расскажешь больше, чем ранее собиралась рассказывать? Это упростит и тебе задачу, и облегчит мне понимание ситуации."

"Хорошо", — согласилась она. "Но чуточку позднее, когда смогу активнее проявиться в реальности".

"Несколько часов я могу подождать", — уже без ехидства и даже с некоторым облегчением сказала я.

"Вот и отлично" — ответил голос и принадлежи он реальному человеку, наверное, сопровождался самой теплой и лучезарной улыбкой. Чистой и незамутненной. Хотя почему мне так показалось в этот миг, я не знаю.

Странное поведение: то ничего не скажу, то расскажу. Надеюсь, через пару часов станет понятнее.

За время ожидания я успела поужинать и подготовиться, хотя, наверное, она сможет всего парой фраз разбить мою уверенность и сказать лишь то, что хочет сама. Но зачем ей вообще разговаривать со мной? Зачем направлять и, похоже, учить?!

И не менее важное: с какого момента началось ее "я — это она? С самого рождения? Или с момента пробуждения? Но, если с рождения, то почему мы как будто две личности в одном теле, хотя... трудно сказать, что нас двое, ведь от нее только голос и она не может управлять моим телом. А если с пробуждения... или это можно рассматривать, как второе рождение... тогда она что-то вроде эфемерной сущности и в тот момент как бы услышала меня что ли?

Тогда почему пробудившиеся не слышат ее? Почему они верят в охоту на ангелов и демонов? Да, их предков посчитали заодно с демонами. Неустойчивость психики или еще не вполне понимали, кто есть сами по себе? И пусть так было поначалу, но почему впоследствии все это сохранилось и переросло в столь сильную веру и, всего скорей, отказ от создавшей их и может поэтому она не вмешивалась? Может она могла достучаться за все это долгое время раз или два, когда не успевали родственники, так сказать, завершить настройку?

Интересно, а мои мысли она читать может или только удаленно общаться?

Если читает мысли, то стоит ли осторожнее быть, или контролировать мысли и действия, или еще как-то защищаться.

А вот, если только общаться, то объясняет ее слова: когда придет время. По словам она определяет, как много узнала, насколько готова и что можно рассказать мне. Но даже так она стала не слепо верить в меня и надеяться, а последовательно готовить, как свою адептку или избранницу, сообщая все по мере необходимости. Что может говорить о том, что она либо терпелива, либо в своем состоянии ей спешить некуда. Соответственно, интересно, в каком она состоянии и что удерживает ее здесь на самом деле?

Отказавшиеся от нее или что-то иное? Вряд ли она живет ради всех моих родственников, иначе ее действия лишены смысла. Значит что-то другое. Но что тогда?

Как можно узнать и понять мифическую сущность? Разве что у нее самой спросить и надеяться, что она будет в благоприятном расположении духа и расскажет, но даже так внутренне не отказываться от произнесенных этой сущностью слов, а попытаться понять и постичь их.

За всеми этими размышлениями я и не заметила, как пролетело время.

"Ничего себе, — насмешливо произнесла Камитеру в моем сознании. — Это над чем же ты так усиленно размышляла, столь углубившись, что я уже минут пятнадцать пытаюсь до тебя достучаться?"

"Пятнадцать минут?" — ошеломленно и слегка краснея произнесла я.

"Да, — все так же смеясь, продолжила моя собеседница. — Или ты передумала со мной разговаривать, обиделась на меня и решила, что таким образом сделаешь меня более разговорчивой?"

"Нет, что ты, даже в мыслях не было, — замотала я головой. — Просто после того, как брат рассказал о нас и о тебе, а я поняла, кто ты такая на самом деле, меня посетили интересные мысли."

"И какие же? — Камитеру перестала смеяться, а в ее голосе стал сквозить интерес. — Это из-за которых я не могла до тебя докричаться?"

"Да", — подтвердила я и рассказала ей все, до чего успела додуматься за эти пару часов. На все это ушло около получаса.

После столь долгого рассказа мне надо было отдохнуть, а Камитеру, всего скорей, обдумать мои слова. Наверное, минут пять длилось молчание, а затем...

"Интересно, — начала Камитеру. — Многое из сказанного тобой интересно, но большею частью далеко от правды."

"Вы мне расскажете?" — все еще не теряя надежды, произнесла я. Я, действительно, хотела больше о ней узнать, да и если ей нужна помощь, то просто так ее не получит.

"Да, как и обещала", — проговорила Камитеру.

Я вздохнула с облегчением.

"Но не думай, что все так просто", — начала она. "Чтобы узнать все, тебе понадобится много времени, но важное и основное я постараюсь тебе сейчас сообщить. Во-первых, я не читаю твои мысли, а наш разговор с тобой что-то вроде телепатии или мыслесвязи. Как удобнее, так и называй. Поначалу я, как и многие в мое время, была ученой и исследователем. Я проводила эксперименты такого рода, которые у всех остальных не вызывали ни понимания, ни поддержки, а лишь недовольство и отвращение. Хотя в то время почти все были согласны, что все средства хороши. Но мне было глубоко безразлично мнение остальных.

После смерти я стала что-то вроде духа-хранителя. Слышу и вижу, но не могу вмешаться. Тем временем, свою обитель созданные мной перенесли сюда, а дух мой оказался заперт в статуе. Чтобы показать в каком я сейчас состоянии и то, что они отвернулись от меня, я из их самых великих создала статуи... увидишь их при входе, но поняли это совсем наоборот: вроде как я признала заслуги тех, кто отныне пребывал в виде статуй. Хотя, рассказывая тебе, сейчас задумалась, а была ли в том моя ошибка и отвернулись ли они от меня на самом деле?"

"Что вы хотите этим сказать?" — спросила я.

"Я создавала их для борьбы с демонами, что они сейчас собственно и делают, но... закончила я уже после окончания войны и тогда трудно было решить, враги ли они в итоге или друзья. Я хотела разузнать о тех побольше, но почему-то не узнала или память о времени перед смертью стерлась и только потом решить, сражаться нам или нет", — продолжила Камитеру. "Возможно, я не успела их переориентировать в связи с изменившимся положением вещей. Но когда и как получилось, что они меня вообще перестали воспринимать, не помню этого и не понимаю. С тобой связалась только потому, что ты проходила пробуждение не как все."

"Артур предположил, что установка и отношение зависит от того, что говорят тебе при пробуждении, точнее, в заключительную часть. Это становится вроде как программа поведения. И от себя предположу, что в словах членов семьи нет и намека на то, чтобы следовать вашим заветам или прислушиваться к вашим словам. Возможно, поэтому они вас и не слышат, ведь, чтобы услышать, нужно в какой-то мере остановиться, задуматься, обратившись взором в себя, и лишь тогда можно услышать. Мне же Артур изначально сказал, кто я на самом деле, заставляя продолжить искать ответ, но при этом сказав в каком направлении искать, а в конце добавил, слушай всех, но решение принимай сама. Таковы его слова и, видимо, это определило то, что я с вами сейчас могу общаться".

"Хм, — задумалась Камитеру. — В твоих словах есть доля правды. Правда, сейчас затрудняюсь сказать, насколько ты права, но в этом направлении стоит подумать. Если что мы еще коснемся с тобой этой темы. А сейчас скажи, кому ты веришь и за кем пойдешь?"

"Не поняла?" — озадаченно сказала я.

"Я — дух и суть накопившейся памяти, основу которой заложила Камитеру. Похоже, я и самой богиней не являюсь. Может, еще и поэтому меня не слышат, а лишь ответы на вопросы, которые они иногда задают, если таковые есть. Сама Камитеру хотела найти достойную последовательницу, но, видимо, не смогла при жизни и, в итоге, родилась я. Может, поэтому я и не знаю о ее последних днях, — задумавшись, продолжила та, которая продолжала называть себя Камитеру и в тоже время утверждать, что она — не она. — Примешь ли ты то, что завещала создательница или отринешь, как и остальные?"

"Ты сейчас говоришь, что ты дух, но как же твоя фраза: ты — это я?" — спросила я.

"Хм, — вновь задумалась та. — Вероятнее всего, это был зов хозяйки. Ее желание или проснуться, или передать накопленные знания. И я вновь вопрошаю: примешь ли ты эти знания?" — теперь уже строго спросила меня собеседница.

"Да, — как можно тверже ответила я. — Я приму их. Ты говорила, что хотела больше узнать о демонах и их Повелителях?"

"Да, говорила".

"Я тоже хочу узнать о них больше и не думаю, что нам стоит сражаться с ними. Тем более, что Артур помог мне пробудиться, помог услышать тебя. Не хотелось бы отплатить ему враждой, тем более, что он ждет моего ответа: друзья мы или враги. Разумнее будет побольше пообщаться с ним, а уже потом решать биться или нет, хотя почему-то где-то глубоко внутри я уже воспринимаю его как друга. Возможно, это поселилось во мне, когда он помог с пробуждением, общаясь со мной с участием и по-дружески?"

"Я согласна с твоим решением, — согласился дух. — Но для начала ты должна заполучить меч, лук и жезл. Они олицетворяют воплощение лунной охотницы, которыми вы и должны были стать в итоге. Если быть точнее, то для ближнего боя меч или копье, это на выбор, что кажется ближе. Каждый из них пронизан лунным светом. В твоем случае ты их не сделать должна, а забрать со статуи создательницы. Так ты скрепишь с ней связь и, если будет необходимо, ее воля направит тебя там, где тебя будут терзать сомнения, избавит от нерешительности и направит твою длань."

"Хорошо, но где я найду ее статую?" — спросила я. Конечно, понимаю, что давать указания просто, но выполнять, хотя бы зная, что и где лежит, это намного легче.

"Всего скорей, тебя приведут, но если нет... то в главном молельном зале. Если туда не приведут, то думаю можешь сказать, что хотела бы пообщаться с богиней, чтобы она тебя направила. А если и это не пройдет, то придется импровизировать и попасть на второй этаж по центральному коридору, но вроде именно там и устроили главы своего рода приемную."

"А что мне с ними делать потом?"

"Сейчас ничего, но потом пригодятся. Трудно сказать, в каком сейчас они состоянии, ведь сама создательница эти орудия соткала для себя и более легкого управления тонкими энергиями. Возможно, придется заново освятить их. В полнолуние поднести под лунный свет и окропить водой, наполненной лунным сиянием. Здесь есть такие колодцы, используешь их."

"Я поняла, но все-таки кем была на самом деле Камитеру?".

Слова этого духа запутали меня. Да, я понимаю, что сейчас она дает пошаговую инструкцию, но от этого еще больше кружится голова. Утолила называется информационный голод.

"Узнай и изучи свою силу. Познай возможности ее, а потом уже можешь идти по тропе памяти."

"А иначе никак?" — спросила все-таки я.

"Никак. Ты просто не сможешь все осознать. Я еще только начала рассказывать, что тебе предстоит сделать, а твое сознание уже плывет. Я чувствую, что ты уже не совсем адекватно меня воспринимаешь."

"А семья подскажет или поможет их зарядить?"

"Хм, — хмыкнул этот дух. — Должны по идее, но они могут не так понять твои действия, когда ты захочешь забрать экипировку создательницы. В крайнем случае, скажу что взять и как сделать. А когда ты сможешь принять все о создательнице, то я передам все, что накопила за это время тебе и ты уже сама решай, что с этим делать."

"Спасибо", — поблагодарила я.

"Все во славу создательницы и лунного пути", — закончила свою долгую речь этот дух.

Мда уж. Если это только начало, то что же будет дальше. Она на самом деле только описала первый шаг, а мне уже трудно ее слушать. Это из-за того, что мне так сразу вылили на голову столько разной информации?! Но сказали при этом всего лишь малую часть. Обидно. Хнык-хнык.

А разговаривает о себе в женском роде, хотя и дух, из-за того, что думает, что она и есть Камитеру? До этого разговора она себя так и называла, но потом стала говорить, что просто дух. Сначала не разделяла себя и создательницу, но из-за моих мыслей и размышлений смогла понять, что она не богиня, а раньше не задумывалась что ли?

"Раньше никто со мной так долго не разговаривал, — вмешался в ход рассуждений этот дух. — Никто не высказывал мыслей, не рассуждал, не задавал вопросов. Было несколько девушек, с которыми я успевала связаться, но члены клана добивались своего и меня они больше не слышали, так что считай ты первая за очень-очень многое время".

"Ты говорила, что не читаешь мои мысли?" — с возмущением, но разумеется мысленно воскликнула я.

"А я и не читаю, — ехидно прокомментировала она. — Ты просто слишком громко думаешь или я просто становлюсь постепенно частью тебя, хотя и разделяю пока что нас. Не бойся этого. Моя задача не судить, а сказать, что и как делать, а вот конечное решение принимать тебе."

"Хоть какое-то облегчение", — наверное, не менее ехидно произнесла я.

"Но и ответственность за свои поступки и действия несешь ты", — все тем же тоном закончила она.

"Вот уж удружила", — фыркнула я, но теперь этот дух замолчал. Похоже, на сегодня она исчерпала лимит для общения. Почему-то то, что больше не скажет ни слова, я чувствовала однозначно.

И что она имела в виду под слиянием? То, что все собрано ею, будет моим? И это потихоньку началось? А развиваясь я смогу воспринимать все больший объем?

Все! Хватит на сегодня мозголомных задачек! Теперь только спать и никак иначе, благо, что всю домашнюю работу в школу сделала, иначе бы точно на нее не хватило бы сил.

Раздевшись, я забралась под одеяло и почти сразу крепко уснула.

Часть 7.

Мне снился сон. Он был странен не только своей четкостью, а больше реалистичностью, ощущениями.

Я шла по пустыне и чувствовала, как песок под ступнями слегка проминается примерно также, как это могло бы быть в реальности. Было жарко, даже душно, и ветер должен бы нести прохладу, но в таком месте он и не мог быть иным. Он слегка резал кожу, но крови не было, и казалось, что необходимо быть благодарной, что еще жива, ибо будь его воля он бы превратился в сотню острейших лезвий и там, где его власть велика, он не оставит ничего живого.

Этот был ветер был лютым, жестоким и беспощадным.

Наконец, впереди показалось какое-то возвышение. При приближении оно оказалось полузанесенной скалой. Местами ее покрывал песок, местами она была обнажена. Но самое удивительное здесь было не наличие скалистого плато, по которому идти все-таки легче, а то, что чуточку вдалеке кто-то стоял и, похоже, ждал кого-то.

Судя по тому, что кроме этого человека присутствовала только я, то вывод один. Эта одиноко стоящая фигура ждала меня!

Я начала задаваться вопросом, что я здесь делаю! Сон ли это или одно из видений, связанных с этим пробуждением.

Честно говоря, все эти изменения уже достали до глубины души.

Еще пару шагов и я достигла стоящего человека. Еще через пару мгновений я поняла, что это была женщина. А приглядевшись, я... удивилась.

Женщина была очень похожа на меня, только разве что постарше лет на десять. Чуть темней глаза, более сильный и пронзительный взгляд, скрывающий неслабый ум и желание достичь своей цели. Чуть заостреннее лицо, нежели у меня. Фигура более подтянутая, хоть на ней был надет белый халат, но он не был застегнут, а потому я могла сравнить нас полностью. Более стройные ноги, да и вообще казалось, что она занималась спортом и держала свою тело в отличной форме.

Но почему она одета в халат, характерный для ученого или исследователя?

— Здравствуй, вот мы и встретились, — произнесла эта женщина. — Честно говоря, я уже перестала верить и стала сомневаться.

— Кто ты? — Я в этот момент не думала, что смогу произнести хоть слово, ведь это же сон, а во сне, каким бы он реальным не был, можно двигаться, ощущать, сопереживать, но уж никак не говорить.

— Я думаю, ты догадываешься, — произнесла она. — Я столько раз пыталась обратиться к вам ко всем, но в лучшем случае вы слышали духа-посредника и то, в лучшем случае, недолго. Ты, кстати, дольше всех. Его я создала после смерти, оказавшись в щекотливой ситуации.

— В какой ситуации? — Хоть она так и не сказала, кто она, но ее слова заинтересовали меня.

— Видишь ли… — собралась она с мыслями, о чем говорило то, что она слегка нахмурила брови, — когда я создала их расу, некоторых их первых представителей я все же отправила на войну против демонов. Ты ведь знаешь о их нападении?

— Да, но нам не рассказывали, почему это произошло.

— Всего скорей, мало что сохранилось. А наверняка помним только мы, сохранившиеся в виде духов и привязавшиеся к своим созданиям.

— А много вас? — спросила я, но чем дальше длился разговор, тем мне сложнее было немного вернуться к началу и уточнить, действительно ли она Камитеру.

— Честно говоря не знаю. Я в то время слышала еще о двух-трех, но не уверена. Вижу, хочешь что-то узнать?

Видимо, сейчас мой шанс узнать, кто же она, в ином случае, будет ли еще одна возможность?

— То, что ты рассказываешь, очень интересно, — начала я, — но я все равно хочу узнать. Ты ведь Камитеру? Да и где мы сейчас, если уж на то пошло? Это сон или нет?

— Хм-м-м, — то ли опять задумалась над чем-то, то ли пыталась сформулировать то, что хотела сказать, но дальнейшее меня несколько поразило: — Прости, я слишком углубилась, ведь несколько тысячелетий я ни с кем не разговаривала. В лучшем случае, сама с собой да с духом, которая не понимает, что она дух. И к тому же забыла, что на тебя и так вывалили целую кучу информации. И к тому же еще раз прости за то ехидство. Я посчитала, что таким образом я смогу обратить твое внимание на себя, — закончила она тихим и грустным голосом.

— Значит, все те обращения по ночам, это ты? — Честно говоря, ее признание, да еще произнесенное таким голосом выбило меня из колеи. И если раньше я хотела чуть ли выбить эти мучающие меня вопросы, то сейчас у меня словно ком в горле встал. Видимо, я прониклась ее печалью. Да, черт возьми, быть несколько тысячелетий одному, это и злейшему врагу не пожелаешь.

— Да, это я разговаривала с тобой поначалу, но сегодня ты общалась с духом.

— По его или ее спутанной речи это было понятно.

— Второе мое лучшее творение, — все также грустно продолжала эта женщина, ведь она до сих пор не подтвердила, что она Камитеру.

— Ты так и не ответила! — напомнила я ей.

— Прости, — попыталась она улыбнуться. — Да, меня прозвали Камитеру, но зови меня Леви. Леви Паранъяс, если точнее, означает Плывущая в море. Смешно или горько, но имя оправдывает себя. Я действительно плыву в море, сначала найденных знаний, теперь по сути в их воплощении. Итак, ты простишь меня?

— Да, Леви, — ответила я.

Трудно же ждать от человека... или создания... черт, не знаю, в общем от молчащего тысячелетия, что она все сразу расскажет. Уже то, что она связно разговаривает и не забыла речь, само по себе чудо. Можно ли ненавидеть ее за те фокусы? Думаю, что нет. Она в своем праве.

— Благодарю, — она подняла голову, глаза ее немного посветлели, а взор примерно настолько же смягчился. — Тогда я думаю, что лучше ты задашь вопросы, а я буду отвечать. Из-за желания выговорится меня уносит в разные стороны.

— Хорошо, Леви, — сказала я. Хм, даже имя ее произносить стало легче. — Тогда начнем по порядку. Это сон или явь?

— И сон, и в тоже время нет. Моя душа привязана к двум разным местам. Первое это где ты и весь клан живете, а вот второе это вот место... здесь раньше располагалась моя лаборатория. Так что, наверное, правильнее будет сказать, что тело твое спит, а тут встретились две души.

— Э... — сказала я. — Это примерно ты будучи тут, позвала мою душу, когда я уснула?

— Что-то вроде того...

— Но... почему?

— Именно сюда? Или почему вообще позвала? — немного насмешливо сказала она.

Мне подумалось, что несмотря на свое исследовательское прошлое, в целом, она была веселым и радостным человеком. А вот эти ее насмешливые и временами ехидные комментарии или фразочки как бы попытка вернуться той, какой она была когда-то, но потеряла за тысячелетия вынужденного молчания.

— Второй вопрос, конечно, тоже интересен, — почему-то мне тоже захотелось ответить ей также насмешливо, как и она. — Но все-таки первый интереснее.

— Здесь все и началось, — просто ответила она.

— Тогда что это за место? — с некоторым нетерпением спросила, ведь из первых уст узнать историю намного лучше, чем слушать пересказ, особенно, искаженный за прошедшее время.

— Скажи, что ты здесь видишь? — грустно спросила она.

Хм, к чему это она?

— Пустыня. Жестокий ветер, рассекающий кожу. Хотя у меня нет ран, что удивительно.

— Заметь, это ощущения духа. А будь ты тут во плоти? Как думаешь, что было бы с тобой?

— Этот ветер убил бы меня?

— Да, даже не задумываясь над тем, что он делает.

— Но мне показалось, что он тут будто живой! — удивилась я.

— Душа намного ближе к природе, поэтому ты трактуешь свои ощущения. Ну или они сейчас для тебя более чисты и ясны.

— И ты тут находишься веками? — несказанно удивилась я. — Терпишь эту пытку?

— К сожалению, да. Мне не уйти отсюда, — все также грустно сказала Леви. — Здесь мое прошлое, которое не забыть и не отпустить. Оно тянет, а я... будто не могу сделать и шага.

— А тебя тут только это держит?

— Нет, я наблюдаю за развитием созданных мною и сейчас мне кажется, что пора прекратить эту вражду, но я бессильна.

— Может быть, я смогу что-то сделать? — надеясь хоть чем-то помочь, спросила я.

— Можешь. Например, взять у меня накопленные мною знания и направить своих родственников по новому пути.

— Но как ты их передашь, это первое, а второе, как я смогу их направить?

— Дух духу может спокойно передать, это не проблема. А вот дальше... я чувствую усиление странной энергии и... приближение чего-то могущественного.

— А если я объединюсь с Артуром и демонами. Ты как к этому отнесешься? — спросила я по большей части эксперимента ради, хотя мне интересен ответ на вопрос.

— Если плодотворен сей союз, то так и быть. Да и демоны насколько вижу перестали быть теми, кем были изначально.

— Изначально? То есть? — не поняла я.

— Помнишь я спросила, что ты тут видишь?

— Да, мне еще стало интересно, в чем тут собственно подвох.

— Подвох, да? — невесело рассмеялась Леви. — А подвох скрывался в самом вопросе, а не в ответе, — печально произнесла она.

— Поясни, пожалуйста, — попросила я.

— Ты сказала, что видишь пустыню и лютый ветер.

— Да, — подтвердила я, а что мне еще собственно оставалось.

— Но при этом я сказала, что здесь я раньше, по сути, жила. Как думаешь, смогла бы я жить в таких условиях, да еще заниматься исследованиями? Помнишь, сказала, что это место удерживает меня?

— Да, помню, — ответила я. Заинтриговала она меня. Каждой фразой, каждым словом вызывала все больший и больший интерес. Неужели тут раньше не было пустыни?! Неужели в связи с какими-то конкретными моментами связана ее память и именно это держит ее здесь?

— Судя по твоему взгляду, ты уже догадалась. Здесь раньше не было пустыни, даже степи. Моя лаборатория находилась среди кущи деревьев, чья высота достигала почти небес. Кроны были столь плотно друг к другу, что почти закрывали небо, и здесь царил вечный сумрак. Чуть дальше располагалась вечнозеленая долина, а немного в стороне полноводные реки несли свои воды. Идеальное место для кошек, ты согласна?

— Тени скрадывают движение и не дают жертве заранее увидеть опасность, а когда видят, то становится уже слишком поздно. Зверь в прыжке и через мгновение жертва мертва, — будто в трансе с усмешкой удовлетворенного хищника сказала я. — Единственная проблема, это запах, но хищник не даст ветру выдать себя, — все в том же состоянии продолжала я.

Это состояние напомнило мне, как пугала брата и это отрезвило меня.

— Что со мной только что было? — удивленно спросила я. За мной раньше не было замечено ни подобного тона, ни подобной реакции, ни тем более, чтобы я столь кровожадно кого-то хотела убить. Я потрясла головой, чтобы выкинуть подобные мысли из головы.

— Не беги, — сказала мне Леви. — Прими себя. Ты теперь лунная охотница, которая сама выбирает себе достойную жертву, а не кто-то иной.

— Этим тебе сейчас охотники и не нравятся? — подумав, спросила я. — Тем, что следуют твоим тогдашним словам, а не меняются со временем? Как бы сказать поточнее. Хм-м-м. Точно. Они не нравятся тебе тем, что не адаптируются?

— Ха-ха, — на сей раз Леви на удивление разразилась заливистым смехом да настолько, что из глаз ее потекли слезы. Я впервые видела у нее такую реакцию. Похоже, сейчас она сбросила весь груз, накопившийся тысячелетиями. — Ох-хо-ох-хо, — отсмеявшись и переставая держать себя за бока, она выпрямилась. — Давно я так не смеялась, — продолжая улыбаться, выдала она.

— М-м-м, а что я собственно смешного сказала? — не понимая причин ее смеха, озадаченно спросила я.

— Да собственно тем, что выразила то, почему я все еще в этом мире и причем абсолютно точно. Знаешь, — начала она, резкой сменой темы заинтриговав меня, — как давно я хотела найти преемницу?

— Дай-ка предположу. Может, после создания духа, когда поняла, что таким образом на них не повлиять?

Еще один взрыв смеха. Ну чего на этот раз? Опять угадала что ли?

Тем временем, Леви продолжала смеяться, наверное, еще с минуту. Мда. Как-то это непонятно, хотя и духу, наверное, необходимо как-то расслабляться.

Отсмеявшись, Леви сообщила, в принципе, очевидное:

— Ты опять угадала.

— Хм, да я как бы по твоему смеху это поняла. — Надеюсь с нечитаемым выражением лица произнесла потому, что в этот момент я и сама была готова и рассмеяться, и расплакаться от сдерживаемого смеха. На несколько мгновений мне показалось, что этот ее смех прогнал не только ее печаль, но и мою боль от перегрузки информацией, от усталости, от ощущения, что как будто игрушка в чьих-то руках. Да много от чего. Просто ощутила свободу от всего и ясность мысли.

— Примешь мое предложение? — став вновь серьезной, спросила Леви.

— А может расскажешь, что произошло? Чтобы я могла понять, чего ждать. Да и еще есть вопрос.

— Какой?

— Мне дух сказала, что у статуи есть подходящее оружие. Можешь это как-то объяснить?

— А, это-то. В общем-то, когда я создала расу, то думала передать им оружие, вложив все свои силы. Поскольку оно предназначалось для них, то вариации я создала разные: мечи, копья, луки. Какое удобнее, такое и бери. Самое сильное и более предпочтительное для меня они отдали статуе, а именно короткий меч для ближнего боя, лук для простых врагов и посох для способных к магии.

— Хм, я эти для себя тоже примеривала. Кстати, а что делать с душами, которые этот дух заключила в статуи?

— А я не замечала да многого не вижу. Освободи. Нечего ей своевольничать и от моего имени прикажи, чтоб не делала подобного впредь.

— Хорошо.

— Да и вообще, если согласишься, то она тебя должна будет слушаться и без ссылок на меня.

— Ага, ты — это я, — смеясь, добавила я.

— Ну да, — почесав затылок, сказала она. Я ведь вернула ей ее шутку, с которой наше общение и началось. Еще бы не озадачилась.

— Может, все-таки расскажешь, что и как было? А то вновь и вновь уходишь от изначального вопроса.

— Ага, расскажу, — вновь согласилась она, как это было и прежде. Надеюсь, сейчас никуда в сторону не уведет разговор. — Вам на уроках истории рассказывали о эре, когда обнаружили магию и стали активно развивать?

— Немного, — видимо, она решила начать с того же, что и брат. Только их версии должны будут различаться. Он ведь передавал то, что ему говорили, а Леви жила в то время, поэтому рассказ должен быть как бы из первых рук.

— Тогда появилось много магических цехов. Это сейчас сохранившие наследие нашего времени продолжают свое, а вы, живущие на месте древней битвы, пошли своим путем. Первым выявили возможность управления пламенем, водой, землей и воздухом. Каким образом все это происходило неизвестно. Просто доселе не знали и вдруг стали появляться то тут, то там. Они-то и стали первыми пользователями сил и первыми, кто стал их активно изучать. Далее стали изучать силу жизнь дарующую и ее отнимающую, образно говоря, жизнь и смерть, а после них некоторые замахнулись на само пространство и время. И даже были какие-то успехи, особенно, что удивительно, в последних областях. Трудно представить, что они смогли там узнать.

До моего рождения с момента начала прошло примерно четыре столетия. Все, кто рождался в нашей стране, становились учеными и исследователями. Собственно, за прошедшее время все магические цеха стали полноценными странами со своим управлением и развитием. Были гении и бездари, были и изгои. К добру или худу, но я была из последних. Не сразу, конечно, но в итоге да.

Мои исследования ни у кого не находили одобрения, поэтому я решила уйти и поселилась в итоге здесь. К тому времени уже были плоды моих первоначальных изысканий. Это некоторые разновидности скрещенных существ. С их-то помощью кое-как я и создала лабораторию.

К тому времени началось вторжение демонов. С чего началось, не знаю. Ты говорила, что Артур с ними связан? Думаю, тебе стоит у него спросить. Он-то должен более-менее знать о начале.

Так вот. Когда они начали вторжение, у меня уже были первые кошколюди. Тогда они правда были кошки, нежели люди, но суть от этого не меняется. Я их вместе с первыми результатами и отправила на войну. С одной стороны, хотела узнать, каковы они в действии, а с другой помочь своим соплеменникам.

Я не заметила, как война пришла к моему порогу и в той битве я была убита. Частично из-за этого я и привязана к этому месту, ведь столько воспоминаний с ним связано. Выжившие впоследствии и стали родоначальниками всей их расы, а вот как родилась их вера в богиню Камитеру, то есть как они меня стали называть именно, так и к чему конкретно они пришли, не знаю.

Пробуждения редки, а я большей частью пребываю тут. Дух еще могла бы подсказать, но... пока я ее создавала ушло много времени, а к тому времени оно все накопилось и не поддавалось изменениям. Да и я себя после смерти не сразу осознала и что с того момента я пребываю в виде духа.

— Печальная история, — подвела я итог ее словам.

— Ну так как возьмешься завершить мое самое великое творение и то, что я не успела сделать? — вновь спросила Леви.

— Скажи, а мы еще хотя бы раз сможем вот так встретиться? — спросила я.

— Хочешь подумать? — сникла еще больше она.

— Не то, чтобы подумать, а вообще уложить все в голове. Разобраться.

— Честно говоря, разбираться ты будешь долго, а с моей памятью будет легче. Но и она в тебе будет просыпаться постепенно, чтобы не перегрузить тебя. Просто в какой-то момент поймешь, что ты знаешь то, знаешь это, умения также, точнее, теоретически, потом тебе их надо будет отработать. Там, правда, основы магии земли и воды, но все-таки.

— Таким образом, дальнейшее развитие и судьбу нашей расы ты хочешь отдать мне? И все-таки мы сможем еще раз поговорить? Тяжело сейчас решение принять.

— Ты и в первый раз говорила, что не можешь решиться, — смеясь, проговорила Леви. — И тогда тебе твердила, что у тебя достаточно информации.

— Тогда да, а сейчас вопрос в ответственности и том грузе, что ты мне передаешь. И... Эй! — воскликнула я, на что Леви на меня удивленно уставилась. — Ты. Опять. Ушла. От. Вопроса, — четко выделила я.

На этот раз Леви рассмеялась, но на этот раз смех был... каким-то горьким.

— Я не уверена, что мы сможем встретиться еще раз, — все же ответила она. — Не понимаю, как удалось в этот раз, поэтому, прости, я и тороплю тебя с ответом. Время у нас ограниченно. Скоро рассвет и тебе вставать.

— Как? Уже? — удивилась я.

— Ага, — печально подтвердила она.

— А я хотя бы буду более-менее выспавшейся или придется весь день клевать носом? — спросила я, а то не хотелось бы посреди дня вырубиться.

— Да нет, в этом плане никаких проблем. Отдых должен будет компенсировать твою душевную усталость. Поэтому, пока время еще есть, ответь мне, пожалуйста, — чуть ли не молясь, попросила она.

— Я согласна, — решившись, ответила я. Да мне как-то не хотелось, что все остальные гонялись за призраком из прошлого.

— Я не ослышалась? — неуверенно спросила она с надеждой в глазах.

— Ты все верно услышала. Я согласна, — еще раз подтвердила я.

— Я... мне... — пыталась она выразить свои эмоции.

— Не могла надеяться, что я соглашусь? — уточняя спросила я.

— Да, — подтвердила она. — Это было выше моих самых смелых мечтаний и ожиданий. — Она вдруг заплакала слезами радости и облегчения.

Неужели мы для нее настолько важны, чтобы все это перетерпеть ради этого дня и конкретно этого мгновения?

Я подошла к ней вплотную и обняла ее, успокаивая, насколько могла, ведь ростом я все же ниже ее, хоть и ненамного.

Спустя какое-то время она успокоилась и возложила мне руки на голову, а сама закрыла глаза. Я поняла, что сейчас ей лучше не мешать.

Я стояла и ждала, пока она закончит, даже сама закрыла глаза. Почувствовала, как где-то внутри оседает что-то непонятное. Но вскоре это ощущение прекратилось.

— Вот и все, — сказала она, а ее облик стал бледнеть. — Спасибо за все, — произнесла она и полностью исчезла.

А меня поглотила тьма забвения и сна.

Глава 3. Наследие Лунной богини.

Часть 1.

Проснулась резко, хотя по ощущениям после этого сна... (или все же не сна?) я какое-то время спала.

Сон был довольно реалистичным, да и разговор весь на удивление четко помню. Получается все же не сон? И я теперь новая богиня Камитеру? Э, а не многовато для меня одной! Да еще и исправлять нашу расу, делая, что не смогла изначальная... не многовато ли вы от меня хотите!

Такие мысли раздирали меня. С другой стороны, было ощущение, что решение принято, согласие дано и уже не откажешься.

И прям-таки такое ощущение будто на весах все это и висит, какая чаша перевесит.

Перевесила все-таки последняя. Ну да, в общем-то, против данного согласия уже не откажешься. Ибо некому отказывать. Ее душа ушла, успокоилась. А вот мне головной боли в итоге лишь прибавилось.

За прошедшие дни я серьезно устала: все-таки многое на меня свалилось и при этом еще не все закончилось.

Как ни странно, чувствовала себя отдохнувшей. Прощальный дар Камитеру? Ее последняя возможность меня поддержать?

И второй день проснулась от того, что солнце взошло. Некая чувствительность, что ли, или просто так получается само по себе?

Посмотрев на часы, поняла, что вставать еще рано, поэтому закрыла рукой глаза, чтобы их не слепило. Сна не было и можно не стараться уже уснуть.

Стоит ли в школе поговорить с Артуром и, хотя бы сказать, что в ближайшее время мне многое предстоит выяснить и немало решить. Наверное, стоит, хотя бы потому, что он очень сильно помог и это будет малой платой за его помощь. Главное, не переборщить. Может услышать то, что он еще скажет, но думаю, что все еще не надо никому говорить о том, что я, похоже, потенциальная богиня.

“Богиня, да?!” — немного нервно рассмеялась я в своих мыслях.

Простая девчонка, которая способна стать богиней! Хоть это и будет нарушением правил, но ведь, если никто не узнает, то не так уж и страшно. Проявлять силу в малом, для помощи... разве что. Придется скрываться, но думаю, оно того стоит. Сейчас, когда подумала об этом, от возбуждения аж кровь закипела. Но... Если подумать, те маги прошлого были невероятно сильны, ведь они смогли открыть портал в другой мир, а значит, наш не единственный. Задумывался ли, кто об этом.

Все настолько открестились от прошлого, что постарались забыть его, как страшный сон. Но ведь те анклавы продолжают существовать. И исследования в них тоже продолжаются. Да, это не афишируется. Да, с ними почти нет связи, но о том, что там продолжают жить известно. И, если они сохранили хотя бы малую часть того, чем владели их предки тогда, то насколько сильны они сейчас... Станут ли угрозой?

Эм, что-то меня слишком далеко занесло. Но, ведь действительно интересно. Хотя, наверное, пытались их остановить, но не получилось. Может быть, их можно было остановить только убив, но на такой шаг не решаются пойти? Или ограничивают иными методами?

Неужели мне придется впоследствии с этим столкнутся, но одна я вряд ли справлюсь. Тогда за мной должна будет стоять моя семья или хотя бы кто-то, на кого можно положиться, кто-то, кто поддержит.

Бр-р, неужели я обо всем этом думаю так серьезно? Почему у меня не возникает мысли, что это обман или еще что-то в таком духе? Неужели где-то в глубине души я знаю, что все это правда, и потому так охотно верю?

— Мария, ты проснулась? — послышался откуда-то снизу голос мамы.

— Да, — крикнула я.

— Вставай. Завтрак на столе, а мне надо идти, — отрывисто сообщила мама и, судя по хлопку двери, уже ушла.

— Хорошо, — несколько запоздало ответила я в пустоту.

Посмотрела на часы. Будильник и впрямь сейчас прозвенит, так что пора вставать. Потянулась, соскочила с кровати, сняла пижаму и подошла к зеркалу. Покрутившись возле него, не заметила каких-либо изменений. Осмотрела еще раз руки и места, откуда появились когти. Пожелала их вновь увидеть: появились. Решила убрать: исчезли. И никакого намека на том месте, откуда они появляются; лишь чистая, белая кожа. Причем на этот раз когтей появилось два вида: видоизменившиеся ногти и какие-то металлические когти меж фалангами пальцев. Кстати говоря, вчера во время разговора с братом появлялся только второй вариант. Вероятно, какие мне нужны зависит от моего желания. Попробовала вызвать по отдельности: получилось.

Оглядела еще раз тело: грудь, живот, спину, ноги. Никаких внешних, по крайней мере, отличий от себя прежней не нашла. Белая, чистая кожа. Большая грудь, плоский животик, стройные ножки, глядя на которые уже как несколько лет парни пускают слюни. Некоторых извращенцев уже ловили и наказывали, только когда их такое останавливало?! Периодически в столовой наблюдала, как парни следили за мной такими глазами, что только помани, оближут. Фу, какая гадость. И о чем только думаю? Само по себе, такое внимание, конечно, льстит, но всему должен быть предел.

Отключила зазвонивший будильник и вновь подошла к зеркалу. Покрутилась еще раз. Все та же пластика и грациозность движений. Совсем ничего внешне не изменилось.

Одевшись, отправилась в ванную. Совершая все необходимые действия, разглядывала изменения на лице. Заметила разве что чуть сузившийся зрачок, но это могло и показаться.

Странно, должно же было что-то измениться. Или к внешности это не относится?

Кроме когтей, кажется, усилилось обоняние. Оно стало острее и я вроде могу различить отдельный запах, если, разумеется, его хотя бы раз чувствовала.

Больше вроде пока ничего не заметила.

Спустившись на первый этаж и зайдя на кухню, позавтракала и пошла в школу.

Жила я недалеко от школы, буквально в трех кварталах. Первые школы строились в жилых районах на месте, где поначалу детей сначала учили письму и грамоте, а уже позднее и другим наукам. Это позднее при развитии города и его расширении, в связи с созданием промышленности, строились и дома, и школы. А изначально селившиеся тут люди ценили общие моменты, например, крайне отрицательно относились к магии и ее последствиям, а потому жили рядом друг с другом, чтобы в случае чего подставить плечо. Так возникло кольцо жилых домов, которое позднее заменили здания в несколько этажей, а местами и многоквартирные дома. Чуть позднее появилось несколько музеев, построенных на месте былых домов. А вот все производства образовали внешнее кольцо. Может, это было неправильно или нецелесообразно, но так исторически сложилось и менять никто не собирался.

Десять минут спустя я прошла через школьные ворота.

Часть 2.

В парке перед школой заметила Артура и его сестер. Я догнала их и улыбнувшись поздоровалась:

— Доброе утро вам.

— Доброе, — отозвались все трое.

Мы пересеклись почти у развилки, у которой нам с Артуром надо было идти в одну сторону, а Юи и Аи в другую, поэтому они слегка развернулись и сказали:

— Легких занятий. — Затем переглянулись и добавили: — Не обижай братика.

И убежали.

— Вот чертовки, — еле слышно пробормотал Артур. — И что они этим хотели сказать?

— Кто знает, — задумчиво произнесла я.

— Ты слышала? — удивленно спросил я. — Я вроде сказал так, что сам себя еле услышал.

— Угу, услышала, — подтвердила я. Ну, не отрицать же явного. — Может, какие-то проявившиеся особенности, — намекнула я.

— Может быть, — ответил он мне и посмотрел на меня, а затем резко остановился. — Я, конечно, спрашивал о тебе у одноклассников. Они очень много рассказывали: какая ты красивая, тут, разумеется, отличились ребята, а вот о твоих качествах отзывались, в основном, девчата. Но вот сейчас на тебя смотрю... И мне кажется, что сюда сошла воистину богиня, а лучи осеннего солнца кажется только подчеркивают твою красоту.

Мои щеки предательски покраснели.

— Гляди, слюни не пускай, как остальные, — буркнула я.

— Нет-нет. Ты не так поняла, — обеспокоенно заговорил Артур и даже энергично замахал руками.

— Что ты этим хочешь сказать? — удивленно спросила я. То, что остальные не могли оторвать глаз, это я знаю. Но его реакция поражала. Я не могла понять, что он хочет этим сказать.

— Ты, действительно, красивая. Солнце будто играет в твоих волосах, что не поймешь, где твои волосы, а где блики. Да и как бы сказать... Лучи солнца словно окутывают твое тело, создавая вокруг тебя ощущение теплой ауры. М-м-м, трудно подобрать слова. Выглядишь просто поразительно, — полным восхищения голосом говорил Артур. Странно, но его слова казались полностью искренними, идущими от чистого сердца. Присутствует неумение подбирать слова, но в целом мне даже понравилось. Никогда раньше мне так не говорили. Возможно, то, что он был несмотря ни на что с самого начала честен, и подкупало.

— С чего это ты? — Мой голос предательски дрогнул.

— Просто... — Он на мгновение замолк. — Позавчера я на это не обратил внимания. Другие, более важные вопросы решали. А сейчас... Солнце показало то, чего я не заметил, — вновь запнулся он. — Какая ты все же красавица. Наверное, многие тебе об этом говорили. И я не слишком оригинален. Но, по крайней мере, я могу выразить свои чувства и быть услышанным, — закончил он и поклонился.

Да уж, оригинальностью он не отличается. Хотя в последних словах он прав. Многие парни говорили мне комплименты, но, чтобы так... И, если бы не его действия до этого, я бы это проигнорировала. Да и, судя по его поведению, он просто оценил мою красоту в удачный момент и лишь выразил свое мнение. Это смущает. Ой, на нас же все, кому не лень смотрят... Кажется, я готова сквозь землю провалится.

— Артур, ты специально? — накинулась я на него.

— Нет, — выпрямился он и замотал головой. — Так получилось, — выдохнул он и огляделся.

Это надо было видеть. Растерянность на лице, но при этом готовность встретить неприятности. Ха-ха, а он мне нравится. Да, что я несу такое. Покраснел, но при этом не опускает и не отводит взгляда.

— Ну, никто не пытался сделать что-то подобное, насколько я могу судить, — заявил он, подал мне руку, которую я все же взяла, и мы под пристальным взглядом пошли к школе. Этот день, наверное, запомнится многим тем, как впервые треснула броня неприступной принцессы, как меня некоторые иногда называли.

Он вел меня, как будто мы шли не по парковой дорожке, а по красному ковру на каком-нибудь приеме. И, только зайдя в учебный корпус, расслабились.

— Ха-ха, это было забавно, — все же высказалась я.

— Не то слово, — согласился и Артур. — Прости, если я что не так сказал или сделал, но в тот момент понравилось то, как ты выглядела, так что я немного не сдержался.

Я не знала, как отреагировать. Устроить такую сцену, а после этого сказать, что не подумал, что так получится. Хорошо, хоть когти не выпустила, а то уже сама бы отличилась.

— Дурак, — беззлобно выдала я.

— Наверное. — Он пожал плечами. — Все-таки с девушками я мало общался в прошлом. Сестры и дела рода много времени отнимали.

— Такой момент испортил, — пораженно выдохнула я.

Но, по крайней мере, это оправдывает его поведение. И что делать дальше? Ну, раз уж он сам заговорил об этом.

— Сегодня буду разговаривать с теми, кто знает о наших особенностях. Вероятно, это будет брат, а может и кто-то другой, — решила сказать ему я.

— Просто скажешь, когда будешь готова обсудить сложившуюся ситуацию, — просто сказал он.

— Хорошо.

Я не уверена в том, как стоило отреагировать. По сути, этим он показывает свое доверие. С одной стороны, мы фактически не знакомы, а с другой стороны, его поступки... Мне все труднее было его понять и то, что им движет.

— Пошли на урок. Не стоит попусту стоять, — спокойно произнес Артур.

— Ага, — согласилась я, поскольку звонок должен скоро прозвенеть.

Оставив в стороне наши непонятные взаимоотношения, мы пошли в наш класс на занятия.

Часть 3.

Сегодня в школе я записывала за учителями, выполняла их задания, поддерживала разговоры с одноклассниками, когда ко мне обращались, но ничего толком не запомнила. А те крохи, что все же остались в памяти, я выкинула, чтобы не мешали.

И думала я не о мотивах Артура или произошедшем утром, а о том, как вести себя с братом, что может меня ждать там, куда он отведет, как строить разговор. В голове не было ни одной дельной мысли. Мысль о том, чтобы посоветоваться с Артуром, как единственного, кто, как я знаю, тоже не относиться к простым людям и как-то справляется со своими проблемами, я отбросила сразу. На чем бы не основывалась его вера, но он ждет от меня ответа, думая, что я и сама справлюсь. Не знаю, почему, но это его доверие как-то передалось мне, и я почувствовала себя увереннее.

Домой шла медленно. И не из-за того, что наслаждалась прогулкой. Я до сих пор не знала, что и как говорить, что стоит упоминать в разговоре, а о чем вообще лучше не заикаться.

В итоге я решила сказать лишь одно: богиня рассказала, что я должна делать. А о том, что я потенциально новая богиня лучше пока не говорить. Итак, чую я, что разговор выйдет жарким.

Зайдя домой, поискала брата, но не нашла. Удивилась, ведь он же должен ждать меня. Хотя... тот дух разговаривал со мной ночью, поэтому, наверное, и поход в нужное место совершить лучше ночью.

Выкинув из головы все эти размышления, спокойно поела. Чтобы меня не ждало, но огорчать маму не хотела. Она ведь старается, да и так вкусно готовит, что трудно остановиться, пока все не съешь. Поэтому вооружившись вилкой и ложкой, скушала все, да еще и добавки попросила. Правда, в этот раз она проговорила что-то вроде: “Моя девочка растет. Ара-ра, неужели она влюбилась!”. Честно говоря, в этот момент я чуть не подавилась. Если бы не те изменения, то я вряд ли бы услышала ее слова. Интересно, как часто она их повторяет? Как бы то ни было, пришлось делать вид, что ничего не произошло, хотя и было не просто.

Заканчивая обедать, думала, что брат все же вот-вот появится, но он до сих пор не пришел. Подавив разочарование, чтобы мама не приняла на свой счет, медленно поплелась в свою комнату делать домашние задания. В школе же не объяснишь, что я такая из себя особенная и что поэтому я не сделала заданное на дом. А для этого пришлось кропотливо вспоминать то, о чем рассказывали на уроках, ведь я же почти все пропустила мимо ушей.

За несколько часов я справилась со всем. Все оказалось не так уж сложно. Но брат так и не появился. Чтобы убить время ожидания, я разлеглась на кровати, раскинув руки и ноги в разные стороны. Я устала и не хотела больше ничем сегодня заниматься. Но и прошлое нельзя отталкивать. Может быть, что и вражда между демонами и нашими результат недоразумения? Сегодняшний разговор важен, но ожидание утомительно. Надеюсь, брат не специально так делает! А то я ему его выходки точно не прощу!!!

Около семи вечера брат все же пришел. Я сквозь сон слышала, как хлопнула входная дверь, а затем тихое эхо шагов по лестнице, хотя и шедший и пытался идти мягко.

Вот, наконец, и братик появился.

— Добрый вечер, сестренка. Надеюсь, ты не забыла о том, что мы сегодня идем в наш храм? — разбудил меня полностью братик, почему-то голос его при этом был невероятно бодрым.

— Прибью, — пробурчала я, не открывая глаз.

— А? — удивленно воскликнул он.

— Так и хочу сказать кое-что особое да вот произносить лень, — продолжала я бурчать, вырываясь из пленительной неги сна.

— Ты передумала идти в храм? — уже озадаченно спросил брат.

— Не передумала, но столь жизнеутверждающе напоминать явно не стоило, тем более, что трудно забыть о таком событии. Как же, посвящение в прошлое семьи. Хм, есть повод гордиться, — удивила я его еще больше. Неужели решила выплеснуть скопившееся раздражение и то, что заставил меня ждать? Прислушалась к себе. Хм, а так оно и есть.

“Хи-хи”, — мысленно рассмеялась я. “Нечего заставлять девушку ждать, хотя я ему и сестра.”

— Выйди, — попросила я, встав с кровати.

— Чего? — воскликнул он.

— Выйди из комнаты говорю. Переоденусь хоть подобающе, — попросила я. Не в школьной же форме мне идти, которую я, кстати говоря, так и не сняла, но это я уже добавила про себя.

— А, ну да, конечно, — кивнул брат и, наконец, вышел из комнаты.

Я вздохнула: братца-то выгнала, а вот сначала спросить, как будем добираться и где пойдем, не удосужилась.

Хотя вариантов, на самом деле, не так уж много. Вокруг города поле, так что разве что пыль и ветер будут мешать. Чуть дальше лес и в одной стороне гора, прозванная в старые времена Черной в значении неизведанная, потому как пробраться туда никто не смог, а если кто-то и сумел, то, вероятнее всего, не дожил, чтобы поведать остальным. Так с тех пор она и хранит свои тайны. Поэтому возможных вариантов всего лишь два: пробираться через лес и лазить по горам.

Когда я и брат были еще маленькими, ну лет эдак семь или восемь мне было в последний раз, мы с отцом и матерью выбирались на природу. Тогда отец чаще с нами общался, лишь в последние несколько лет я его, о, великие боги, раз месяц в месяц увижу. Для таких походов мы заказывали особый охотничий костюм. С тех пор я, конечно, выросла во многих местах и мне нравится, когда мною восхищаются, но именно восхищаются, а не смотрят похотливым взглядом всякие извращенцы. С того времени я его почему-то подгоняла под себя и вновь заказывала. Возможно, где-то глубоко в душе знала, что он мне еще пригодится. Что ж, вот и пришло его время.

Я сняла и аккуратно повесила школьную форму, а затем достала костюм. В основе он представлял собой платье, выполненное в пастельных тонах. Вернее, основная ткань была белой, но также есть вставки из приятного, темно-синего цвета. Наряд можно было бы назвать пошлым, поскольку он обнажал и без этого пышную грудь, на которую мои подруги завистливо смотрели и каждый раз пытались проверить, насколько она настоящая. Наверное, будь я на их месте тоже сомневалась. Но, в целом, наряд не казался вызывающим. В купе с юбкой фасон жакета создавал довольно соблазнительную ауру.

Текущий вариант я надевала только, когда меряла, поэтому подошла к зеркалу, чтобы посмотреть, хорошо ли сидит. Покрутилась, повертелась, убедилась, что можно спокойно наклоняться и при этом ничего лишнего не покажу. А то, когда в последний или предпоследний раз собралась выходить в таком костюме, я немного, но выросла из него, и тогда едва не случился конфуз. Хорошо, что еще дома за чем-то полезла и заметила, что юбочка открывает больше, чем надо, оголяя почти полностью бедра и приоткрывая то, что совсем не стоит показывать.

Убедившись, что все нормально, еще раз себя осмотрела и кивнула. Да, порядок, можно идти.

Выйдя из комнаты, заметила скучающего братика и подошла. Хм, он что спит.

— Ты хочешь сказать, что это я так долго собиралась, что ты уснуть успел? — возмущенно вопросила я.

— Э? — Брат очнулся ото сна и захлопал глазами. — Нет, просто последние дни по ряду причин выдались весьма напряженными и не удается, как следует отдохнуть, — добавил он и заразно зевнул. — Решила надеть этот костюм. Разумно, особенно, не зная, куда идти.

— А подсказать было нельзя? — зашипела на него я.

— Нет. Путь можно только показать, ведь он пролегает не только по человеческой территории, — пояснил мне братик.

— Но хотя бы, на что ориентироваться, мог и сказать, — вздохнула я.

— Так вокруг не так много разных мест да ты и так смогла выбрать оптимальный вариант. Кстати говоря, отец для таких походов, в том числе и этого, и разрабатывал тебе наряд, при этом надеясь, что тебе и дизайн, и цвет понравится, — расщедрился он на пояснения.

— Отец, да, — произнесла я, ударившись в воспоминания.

Мне тогда исполнилось пять лет. Отец подарил его как раз на день рождения. В том, самом первом варианте, это было обычное платье без декольте до середины бедер. Но именно с того времени основной дизайн и цветовая палитра и пошла. Я радовалась подарку как сумасшедшая, крутилась и вертелась, прыгала и скакала, и от радости чуть не зацеловала отца до смерти, ведь настолько оно мне тогда понравилось. Да и сейчас, хоть платье и изменилось сильно, но в каждом новом, как будто сохранялась частичка старого: пережитые радостные и грустные моменты, боль и страдания, когда я заблудилась в лесу и меня долго не могли найти, долгие прогулки. Этот наряд ближе годам к десяти и уже на тот момент далеко не изначальный его вариант стал именно тем нарядом, который я одевала, когда собирались в какой-нибудь поход.

И до сих пор, когда переодеваюсь и вижу платье, висящим на вешалке и словно ждущее, когда его вновь оденут, я вспоминаю прошлое.

Я замотала головой, отгоняя неуместные сейчас воспоминания, на что брат удивленно поднял бровь.

— Прошлое вспомнила, а также то, что давно не видела отца, — буркнула я, нехотя поясняя свое состояние.

— Так сейчас с ним и увидишься. У него поначалу было мало дел, а за последние пару лет навалилась куча, потому он почти и не показывается. Да есть и еще причина, по которой отец не появляется дома. Но это он сам, если захочет, расскажет. Не мне об этом говорить. Это его, так сказать, проблема и тайна.

Брат, конечно, меня сначала обрадовал, когда сказал, что я увижу отца, но в конце как-то странно темнить стал. Ох, чую я, не к добру это, ой, не к добру.

— Веди уже, — сказала я.

Мы вышли из дома и молча прогулочным шагом пошли по городу.

Брат вел меня каким-то странным путем. Мне порой казалось, что мы одну и ту же улицу проходим дважды, а то и трижды. Возможно, мне все это казалось из-за заходящего солнца, в свете которого многие жилые дома казались одинаковыми. Мною овладели противоречивые чувства. С одной стороны, что-то усиленно шептало мне, что мы заблудились, а другое, неясное чувство утверждало и перекрывало тревогу, что мы на верном пути.

— В городе не стоит разговаривать о важных делах. Мало ли, где, кто и что может услышать, поэтому оставь все вопросы до того момента, пока я не дам добро, — пояснил причины молчания братец.

— Хорошо, — согласилась я, а что еще оставалось делать.

Неожиданно для меня мы покинули городскую черту и ускоряясь пошли по окружающему город полю. Вдалеке виднелась гора, которую называют Черной. Всего скорей, к ней мы путь и держим. Хотя не в лесу же прятать храм, верно? А так надежные скалы не только скроют от глаз, но и защищать. А не поддерживалась ли та легенда о непокоряемости этой горы моими предками? Весьма интересный вопрос.

Кстати говоря, дом Артура располагался с противоположной стороны от того места, где мы вышли из города. И чего это я опять о нем вспомнила?

Как ни странно, я легко поддерживала заданный братом темп и даже больше: мне такой способ передвижения все больше и больше нравился, как будто я вспоминала что-то давным-давно забытое. И, как в случае с городом, мы довольно быстро добрались до леса. Если в самом городе я не могла понять, насколько близко выход, из-за того, что все улицы почему-то казались одна похожей на другую, то в поле шутку со мной сыграло упоение скоростью и неправильная оценка нашего передвижения. Расстояние казавшееся очень большим мы преодолели буквально за полчаса.

К этому моменту солнце уже наполовину село.

Лес. Я видела его в разное время суток и разное время года в грустном и радостном настроении. Мне иногда казалось, что он живой и как-то реагирует на мои мысли и чувства, даже отвечает, но я не в силах понять его ответы. В прошлом, когда потерялась, думаю, что лес вел меня куда-то, но я так и не смогла до конца понять куда.

Красно-лиловые лучи заходящего солнца словно обволакивали лес и придавали ему некий зловещий оттенок. Возникло ощущение, что чужаку здесь не место и лучше не входить, а то худо будет. Но меня он не страшил, даже наоборот, я ощущала будто возвращаюсь домой.

Сейчас задумываюсь и не могу понять, какие же секреты он в себе таит и известны ли эти секреты отцу и остальным?

Несмотря на то, что брат двигался с кошачьей грацией, он несколько раз споткнулся. Я улыбнулась, почему-то я четко поняла, что это сам лес показывает ему свое фи и неодобрение. Я же говорила, что лес живой и относится ко мне благосклонно, правда, причина не ясна, но думаю, что со временем узнаю.

— Теперь можно и поговорить, — обратился ко мне брат. — Мы на территории, принадлежащей нашей семье, и тут никто посторонний нас не услышит.

— И о чем ты хочешь поговорить? — с любопытством спросила я.

— Не уверен, что одобрят то, что я спрашиваю, но хочу все же хочу узнать, почему ты меня тогда выгнала? А сейчас вроде бы нормально разговариваешь? И что произошло с тобой у Артура? — завалил фактически меня вопросами братик.

— А немного ли ты хочешь? — зашипела я на него, впрочем, темп движения при этом мы не сбавили ни на йоту.

— Я же вроде раньше не давал тебе повода во мне сомневаться? — озадаченно спросил брат, резко замер, развернулся и уставился на меня какими-то по-кошачьи чуть суженными глазами. Неожидавшая такого его поведения я чуть не врезалась в него, но все-таки успела остановиться и удивленно посмотрела на брата. Сейчас он выглядел не как человек, а напоминал готового к прыжку хищника. Я даже растерялась и не знала, как поступить. Впервые я видела брата таким.

— Хорошо, отвечу, — сглотнув ответила я. Брат кивнул, и мы продолжили движение, а я начала рассказ. — Я не знаю, как пробуждение крови проходило у других членов семьи и насколько нас таких много.

— Много, поверь, но мы не афишируем своего присутствия и вообще существования. На людях мы люди, а вот в остальное время кто-то придерживается человеческого обличия, кто-то все-таки ослабляет контроль. По-разному бывает, — прервал меня брат для пояснения.

— Благодарю за справку, — саркастически заметила я и продолжила, — раз мы прояснили этот момент, то я продолжу. Раньше, когда нужна была помощь, ты помогал советом или делом. Но в этот раз все вышло по-другому. Я как будто зависла где-то меж мирами, вообще не понимая, что и к чему. Спросила у тебя, а ты стал юлить. Я почувствовала, как минимум, недоговоренность в твоих словах, а то и нежелание говорить, поэтому рефлекторно прогнала. Не хочешь помочь, не надо, но и хуже, чем есть, делать не позволила. В итоге, так все и получилось. Тебя этот ответ удовлетворил? — напоследок хмыкнула я.

Брат не ответил, и я не могла понять, о чем он думает. Но практически сразу мне стало не до него.

Мы вышли из леса на поляну, освещенную бледным лунным светом. Наша дорога проходила в окружении статуй, похоже, именно о них мне говорила дух-хранитель. Со стороны напоминало некий вариант сада, если не знать суть. Дальше расположился храм, к которому мы и направлялись. Насколько я могу судить, вход сюда находился на склоне горы, но я не заметила момента перехода, возможно, что из-за того, что я сосредоточилась на разговоре с братом.

Храм представлял собой трехэтажное здание с несколькими башнями где-то в семь этажей. Все здание было построено из камня. Перед центральным строением шла защитная стена с массивными воротами. Отсюда я видела несколько стражей, которые, всего скорей, не только пропускали или не пропускали, но и должны разбираться с непрошенными чужаками, кои сюда попадали. Если вспомнить, что тех, кто ушел к горе, и назад не вернулся, то как бы не закончился путь смельчаков здесь. Но, по чести сказать, сейчас и вообще это не мое дело.

— Добро пожаловать домой, госпожа. Укажите нам путь и направьте по нему, — обратился ко мне стоявший справа дядя и поклонился. Он был выше меня на голову и довольно мускулистого телосложения. Одет он был в кожаный доспех. Пока мы не попадали в его поле зрения, этот стражник явно скучал, но стоило ему нас заметить, как его глаза засияли каким-то странным потусторонним светом.

— О чем ты? Она ведь даже не виделась с главой, а ты уже ее величаешь, — удивленно возразил ему братец.

— Не вмешивайся в божественные дела, охотник. Я из ветви Видящих и не тебе указывать, куда нам идти, — отшил претензии брата этот стражник. А мне он почему-то начинал нравится. Сам по себе он, конечно, годился мне в отцы, но вот его отношение меня забавляло.

— Охотник? Видящий? Можно поподробнее? — попросила я у стражника, поскольку до сих пор не верила брату и не была уверена, что он не обманет.

— Как прикажете, Великая. Вас отметила сама богиня и назначила своей преемницей, как достойную своего звания. Для меня честь видеть вас и пояснить что-то, что кажется вам непонятным, — почтительно ответил мне стражник и даже поклонился. Я смутилась и, наверное, покраснела, ведь не ожидала чего-то подобного. — В нашем роду есть своего рода специализации, по ним мы и разделяемся. Следопыты выискивают потенциальных врагов или возможные угрозы, а охотники их устраняют. Видящие видят суть существа, а самые сильные могут узнать его прошлое, а иногда и будущее. Одна из древних провидиц примерно тысячу лет назад предвидела, что к нам явится сама богиня и поведет за собой. Покажет наши ошибки и обнажит заблуждения, но остальные не будут ей рады. И я один из тех, кто знает об этом, рад видеть вас тут. Можно ожидать, что многое измениться. Не сразу, но постепенно.

По мере речи стражника выражение брата становилось все более удивленным. Не ожидал он такого поворота событий вообще или именно его реакции?

— Ты же вроде из стражи Видящих? — все-таки соизволил спросить братик.

— И что? Во-первых, никто не отменял общего указа о караульной службе, а во-вторых, я сам по себе достаточно слабый в отношении нашей специализации, поэтому и стал боевиком с ориентированием на родовые способности, которые в чем-то облегчают изучение таких искусств, но при этом накладывают свою специфику, — ответил ему стражник.

— Да-да, — согласно закивал головой братец, на что стражник пожал плечами, развел руками и спросил:

— Вы сейчас ведь к главе?

— Да, — кивнул в ответ брат.

— Тогда вместо меня уведомите главу, что я покинул свой пост, дабы уведомить Старшую о столь важном событии и пусть ждет, когда явится, и без нее не начинает. Такое отхождение от правил разрешается в экстренных ситуациях, а если нет, то сама Старшая меня и накажет.

— Хорошо, — сквозь зубы процедил брат, хотя я так и не поняла, что ему больше всего не понравилось: вся ситуация в целом или отношение к нему стражника или то, что из него делают простого посланца в не очень простой ситуации или сколь умело стражник заставил брата сделать так, как считал нужным.

Глядя на все со стороны, я улыбалась самой невинной из своих улыбок. Не знаю, почему, но мне нравилось происходящее, хотя я и не могла сказать, что именно.

Стражник открыл ворота, и мы пошли дальше. Надо было поинтересоваться, как его зовут. Если кто-то будет приглядывать, то уж пусть лучше он, нежели тупой братец, который даже не смог понять, за что я с ним так. А стражник и ответил, и проявил уважение, хотя я не уверена, что заслуживаю такое отношение, но при этом в целом оставался в рамках приличий.

Войдя в основное здание, я ахнула от удивления. Изнутри все строение было отделано изумрудного цвета камнем, который очень хорошо сочетался с падающим сквозь окна несколько бледным лунным светом. Слева и справа от входа на каждом этаже находились винтового типа лестницы. По одной из них мы и поднялись на второй этаж, а затем направились к центральному коридору, о котором мне дух-хранитель также рассказывала. В итоге, мы вышли в ту залу, куда мне и следовало попасть.

Круглая комната с нишами по периметру, и в каждой статуя со своим оружием. С противоположной от входа стороны, немногим дальше от стены стояла статуя. Немного присмотревшись, я поняла, что это статуя Камитеру, ибо такой я и видела ее во сне. В одной руке она держала меч, в другой — посох, а за спиной висел лук. Кажется, дух-хранитель настаивала, что я должна забрать эти артефакты. Правда, неизвестно, как на все отреагирует отец и та самая неведомая Старшая Видящая. Я непроизвольно покачала головой.

Под статуей располагалось троноподобное кресло, а в нем сидел... мой отец.

Часть 4.

Я удивленно посмотрела в его направлении.

Хм, брат, конечно, говорил уже, да и не имел за собой привычки обманывать или шутить, но все равно я не ожидала, что столь важный разговор состоится с отцом. С момента, когда я видела его в последний раз, он как будто сильно постарел, хотя и старается казаться молодым и энергичным, но заметно, что проблемы и заботы сильно по нему ударили или, возможно, какие-то последние известия.

— Отец, мы пришли, — обратился брат к папе, слегка наклонившись. — На входе мы пересеклись со стражем Видящих, и он увидел в Марии что-то, что необходимо обязательно передать своим, поэтому покинул пост, сообщив, чтобы без Старшей не начинали.

— Хорошо, — согласно кивнул отец брату и перевел взгляд на меня. — Как ты себя чувствуешь, дочка? Прости за мое отсутствие в твоей жизни. Есть одно непреодолимое препятствие в жизни, а теперь, когда в тебе еще и кровь проснулась, то разговоров и претензий от твоей матери будет намного больше.

— А что случилось? — заинтересованно спросила я. Кажется, отец упомянул то, о чем брат не захотел мне рассказывать.

— Видишь ли, иногда в мужья или жены мы берем кого-то из своих, но из другой ветви, а иногда — нет. И обычно мы не посвящаем чужаков в свои тайны и не говорим о том, кто мы на самом деле. Но в случае с твоей матерью все не так. Она не из наших, но разузнала о нашей сути, хотя поначалу ничего не высказывала. Все случилось во время одного из походов в лес. Первым звоночком стало то, что ты пропала, и мы все удивились, когда тебя нашли, точнее, не столько, когда, а где. Но это отдельный разговор. Ты тогда, возможно, ничего не поняла, но вот Мелисса связала все воедино. Она категорически не хотела, чтобы ты шла по нашим стопам, по зову крови. На этой почве мы с ней и разругались. Пришлось уйти и не показываться, чтобы продолжала считать, что мы не оказываем на тебя никакого влияния и вообще свести все общение на нет. Надеюсь, она успокоилась, но если ты расскажешь ей или она все поймет, то виновным для нее буду я, хотя ни я, ни твой брат не имеем к прошлым событиям никакого отношения. У Ваориса тоже много забот и в последнее время тут почти не появляется. На днях он прибежал и сказал о пробуждении твоей крови, но мы не могли вмешаться. Да даже адекватно твое состояние оценить мы были не в силах, поэтому я как твой отец прошу прощения за случившееся и надеюсь, что ты простишь нас, — закончил свою речь отец.

Папа своими словами выбил меня из колеи, и я не знала, как реагировать. С одной стороны, он не виноват и ему не за что извиняться, но с другой стороны, он — мой отец и должен был быть в курсе событий и вовремя отреагировать. В тоже время просит не только за себя, но и за брата, который в общем-то и виноват. Не уверена, как должна и как стоит поступить...

— Кстати, братик, а ты говорил, что мама не в курсе всего этого?! — решила уточнить этот момент, чтобы избавиться от противоречия.

— Я и сам не знал, — ответил он мне.

— Хорошо, — согласилась я и вспомнила еще одну вещь. — А кто такая Старшая Видящая?

— У нас всеми правит Совет старших, — начал пояснения отец. — В него входят главы всех ветвей и выборный глава, который имеет право решать большую часть вопросов самостоятельно и при этом он не считается главой своей ветви и должен передать свой пост другому. На текущий момент я говорю от лица всей семьи, а Старшая Видящая, собственно, представляет свою ветвь. Несмотря на то, что выглядит молодо, она очень давно занимает свой пост и относится к ней стоит со всем уважением, даже мне. А что касается их самих, то последний год они все, как с ума сошли, говорят, что нам скоро явится богиня, а уж в последние дни и подавно. Вот мы все с ног и сбиваемся, носимся, стараемся понять, кто из наших станет преемницей богини, ведь всем известно, что богиня мертва, а туманные слова Видящих превращают все в сущий бедлам. Ваорис, ты сказал, что стражник увидел что-то в Марии?

— Да, отец. Он убежал уведомить Старшую и, сказав мне передать его слова, оскорбил, — возмущенно заявил брат.

— Это глупо с его стороны. Пусть ты из другой ветви, но ты глава, поэтому его отношение неразумно. Он будет наказан, как только мы определим, каким образом это лучше сделать, — ответил брату отец.

— А мне он даже понравился, — заявила я. — То, как он вел себя с братом, и его поведение в общем.

— Он превысил все нормы поведения, принятые у нас, — продолжил возмущаться брат.

— Поверь, это не останется безнаказанным, — повторил свои предыдущие слова отец.

— Угу, — ответил слегка успокоившийся брат. — Да как бы это не оказалось: он не наш и Видящим лучше видно, как его правильнее наказать, а в итоге, все сойдет на тормозах. Впрочем, как всегда. Я не удивлюсь, если все выйдет как-то так, — продолжил он бурчать. — Хотя к тебе, отец, должны прислушиваться, как к Главе.

— Всякое бывает, — пожал в ответ папа. — Но поверь, если они о чем-то не говорят, это не значит, что этого нет. И, если сказали, что накажут, значит, накажут. Вообще, чем больше с ними общаешься, тем меньше их понимаешь.

— Ну да. Порой такого тумана нагонят, что ничего не разберешь, — ответил ему брат.

— И это должно как-то настроить меня против них? — вмешалась я.

— Нет, что ты, дорогая. Отнюдь. Это мы в очередной раз решаем внутренние проблемы на стыке отношений ветвей. Вот такие вопросы от мелких до серьезных я и обязан постоянно разруливать, а учитывая, что у нас фактически каждый сам себе на уме, то эта задача далеко не так проста, как кажется, — ответил мне отец. — Так что не подумай, это не специально для тебя поставленная сцена или что-то вроде того, а обычные наши будни.

— Понятно, — протянула я.

— Кстати, смотрю ты пришла в костюме?

— Ну да, брат не соизволил пояснить, куда идем, так что пришлось размышлять самой, а из оптимального только он, — пояснила я.

— Что ж, когда-то я и принес тебе первый вариант, но по правде сказать, что к цветовой гамме и фасону приложили руку Видящие. И все мы укрепились в определенном мнении, когда ты потерялась, точнее, где тебя нашли. Кстати, так и не пояснишь, как ты там оказалась? — вопросил отец.

— Оказалась где? — вопросом на вопрос ответила я.

— Пока тебе не стоит знать, — ушел отец от ответа.

— Тогда и мне не стоит отвечать, — выдала я, сама того не ожидая.

— Мда, — крякнул отец. — Не ожидал.

— Знаешь, я сама себе удивляюсь, — пожала плечами я.

— Хоть и естественно, что, когда кровь пробуждается, характер меняется, но у тебя уж слишком резкая смена практически на противоположный. Раньше ты была намного общительней.

— Кто знает, — хмыкнула я. — Мне самой пока еще трудно разобраться, что, откуда и куда, а некоторые не слишком спешат помочь.

— Это не так, Преемница, — раздался сзади женский голос: немного потусторонний, но при этом достаточно настоящий, как будто обладатель его постоянно находится в состоянии между трансом и явью. Он вызывал довольно интересные ощущения и желание расслабиться, и передернуть плечами, словно сбрасывая наваждение, и еще какое-то состояние, которое трудно описать словами.

Я оглянулась и посмотрела на хозяйку столь странного голоса.

У входа в зал стояла стройная девушка ростом выше меня на полголовы со светлыми по пояс волосами. Но, несмотря на то, что она выглядела молодой, в ней чувствовалось что-то возвышенное, некая отстраненность от реальности, из-за которой казалось, что она намного старше. В уголках глаз прятались грусть и печаль, которые она не хотела показывать, но, как ни старалась, все же до конца скрыть свои чувства не могла. Как ни странно, но мне казалось, что эта девушка больше подходит под наследницу богини, нежели я, но, видимо, не прошла по каким-то параметрам или была из тех, кто перестал слышать богиню.

Она одета в белое платье из струящейся ткани, на тонких бретельках и с откровенным вырезом до пупка, его изящный силуэт лишь подчеркивает безупречную фигуру. Талию обхватывает плетеный золотой пояс, украшенный нежными, будто живыми розами. Подол открывает левое бедро, но справа ниспадает изящным длинным шлейфом до самой земли. На груди Видящей висит молочно-белый камень в красивой золотистой оправе.

Поверх платья наброшен легкий ритуальный плащ из той же ткани, его полы, украшенные по низу золотыми спиралями узора и бирюзовыми кристаллами на тонких золотистых цепочках, разлетаются за спиной, словно крылья. По краю капюшона идет широкая золотая кайма, а справа, над виском, прикреплено украшение из белых перьев на золотой же основе.

Верхушка посоха в левой руке Видящей покачивалась над ее головой. Сверкающий голубой кристалл украшал похожее на полураспустившийся золотой бутон навершие посоха, а в основание был вплавлен второй камень — такой же яркий, хоть и меньше размером. Спиральные узоры покрывали посох по всей длине. Длинная алая лента, привязанная чуть ниже навершия, развевалась на ветру.

— Как только Эльсил поведал об увиденном, я сразу же поспешила сюда, — продолжила свою речь эта таинственная девушка, скинув с головы капюшон.

— Эльсил? — переспросила я.

— Стражник, которого ты видела у входа, — пояснила мне она.

— Я поняла, — ответила я, а девушка кивнула, не считая нужным что-либо еще комментировать.

— Видящая, — обратился к ней отец.

— Старшая, если быть точнее, но в пределах разговора можно опустить, хотя и забывать не стоит, — уточнила эта странная девушка и посмотрела на меня. Видимо, ее слова по большей части относились ко мне, поскольку они-то друг друга точно знали. Я едва заметно кивнула, а Видящая слегка растянула губы, вероятно, обозначила намек на улыбку. — Кстати говоря, дабы избежать дальнейших возможных проблем поясню. Эльсил в сложившейся ситуации поступил правильно, может, чуть перегнул палку, но, в целом, к его действиям с нашей стороны нареканий нет, особенно в свете той информации, которую он принес.

— Ну, как я и говорил, — проворчал брат, но эта девушка на него так посмотрела, что он решил замолчать.

— За неуважительное отношение к главе ветви мы накажем, но в остальном мы готовы его защищать, — закончила свою речь Видящая.

— А мне его реакция и отношение понравились.

Я решила почему-то немного позлить брата и по какой-то причине не хотела, чтобы он вышел сухим из воды. Возможно, это сказывается мое изменившееся за последние пару дней отношение к нему.

— Раз ты так говоришь, то значит он даже выговора не получит. Слова преемницы — закон, — вынесла вердикт Видящая и откровенно улыбнулась, наверное, она видела такой исход или незримо направляла к нему.

— Проклятье, — ругнулся брат. — Ты чего вмешиваешься? — в запале он крикнул мне, а потом обратился с гневом и без всякого уважения к Видящей, — Почему ты называешь ее преемницей? Вы что там все с ума что ли посходили? Или то, что вы видите, затмевает ваш разум?

— Оскорбление смыто оскорблением, — лишь произнесла Видящая и улыбнулась.

Эм, не поняла? Она еще сделала и так, чтобы весь гнев на ее подчиненного вылили на нее? Это она так защищает своих? Если все правильно, то я ее уважаю.

— Что? — воскликнул брат.

— Успокойся, — уже прикрикнул на брата отец. — Видящая поступила в своем праве и теперь никаких претензий с твоей стороны быть не должно.

— Понял, — помрачнел брат.

— Может перейдем к главным вопросам, — нерешительно спросила я.

— Ты права, — вмешалась Видящая. — Негоже преемнице самой богини выслушивать наши мелкие дрязги.

— Поясни, пожалуйста, — вежливо попросила я, пока разборки не пошли по новому кругу, хотя теперь Видящая вряд ли сдаст позиции. — Почему вы с... э-э-э... Эльсилем, кажется, решили, что я — ее преемница?

— Ты первая и последняя за все время существования нашего клана, кто лично общался с нашей великой богиней. Есть одна вещь, которую просто трудно объяснить словами, но именно это и увидел Эльсил. Эту связь и метку сейчас вижу я, — пояснила мне Видящая. — Знаешь, если углубиться в историю, — начала она, за некоторое время прикрыла глаза, а затем продолжила, — после создания нашей расы, мы все были в растерянности, так как ничего конкретного не знали и не понимали своих особенностей. Да и наша богиня, которая на самом деле, лишь очень могущественный маг и исследователь умерла, не оставив ничего о себе и ничего нам не передав, к сожалению. Тогда у нас и проявились специализации и ветви, так как мы пытались во всем разобраться. Нас изгнали из родных мест и после долгих скитаний нашим новым домом стала эта гора, которую мы продолжаем защищать. — На мгновение Видящая умолкла, вздохнула, а затем продолжила, — В результате поисков сведений о богине, появились мы и те, кто считал, что общается с самой госпожой. Но сейчас я вижу, что мы все ошибались.

— Вы общались с духом-слепком Камитеру, — произнесла шокированная я. — И то вы даже половины его действий не смогли понять и неверно поступили.

— Уточни, что именно, пожалуйста, — попросила Видящая.

— Это касается статуй ваших великих или отличившихся героев, — начала пояснять я.

— А что с ними не так? — прервал меня отец, на что Видящая неодобрительно покачала головой.

— Вы подумали, что создание статуй из живых людей, которые совершили много подвигов, это награда? — спросила я.

Отец и Видящая переглянулись, а потом синхронно кивнув, добавили:

— Да, мы все так считали.

— В этом и есть ваша ошибка. Хотя духу-защитнику тоже предстоит все высказать о мерах воздействия. Хотя она старалась по-своему. Тут трудно ее судить. В общем, превращая людей в истуканов, дух пыталась сказать, что вы ошиблись, но вы все поняли наоборот, — все же закончила я свои пояснения.

— Что-то я сомневаюсь во всем этом, хотя вы, Видящие, нам все уши прожужжали, что у богини появится преемница. Это началось примерно тысячу лет назад, кажется, и чем дальше, тем больше, а в последний десяток лет словно с ума сошли, хотя и ранее особо умом не блистали, — запальчиво выдал братец.

Если он охотник, то наверняка прямолинеен, поэтому не видит, как нужные, но сокрытые действия приводят к нужному результату, если цель изначально правильно ставится. Может, для охотников такое поведение и нормально, но не для меня, коли я согласилась с Камитеру и в будущем займу ее место. Поэтому мне нужно держаться поближе к Видящим: мне ее действия, цели и отношение ближе, нежели поведение отца и брата, как бы таковое не казалось странным.

Или я должна быть беспристрастной и сначала получше узнать все, что у них тут происходит?

Как же Артур со всем справляется? Хотя, если вспомнить, он упоминал, что все демоны его предали, так что тут непонятно, что сильнее давит на него: разобраться с тем, что всеми ими движет и прийти к общему решению или ответственность за их действия, хотя и считаются предателями, но это не отменяет того, кто Артур или кем ему приходится быть. А может и то, и другое важно?

— Преемница? — обратилась ко мне Видящая. — С вами все в порядке?

— А, да, — отозвалась я. — Я что-то пропустила?

— Ну, вы так глубоко задумались, что я не смогла докричаться до вас, — улыбнулась Видящая.

— Где-то я это уже слышала, — вздохнула я.

— Эм? — Видящая удивленно подняла бровь.

— Когда общалась с духом-хранителем, также погрузилась в свои мысли, что до меня не сразу дозвалась, — пояснила я.

— Хм, — задумалась Видящая. — Нам всем нужно многое переосмыслить.

— Вам может и да, а нам нечего менять, — горделиво возразил братик. Я на него так посмотрела, что будь на его месте кто-либо другой, то сразу бы все понял и осознал. Но брат не обратил никакого внимания. Меня его поведение в очередной раз взбесило.

— Ты что-то имеешь против? — вооружившись когтями, прошипела я. — Вы все замерли в развитии. Не смогли сами справиться со всем после смерти Камитеру! Ты не видишь дальше собственного носа и заставляешь молчать ту, кто способна понять текущее состояние и найти способ выбраться из этого болота. И после всего этого ты еще смеешь возражать?

На меня все удивленно посмотрели, но мне было безразлично. То, что они шли неверным путем, это их общая вина и не признавать сие грех. Именно из-за этого я и вспылила. И если Видящая с отцом вроде как приняли все то, что я пыталась сказать, то столь явное отрицание перетерпеть не смогла. Это не просто плевок в душу и оскорбление меня, но и прежде всего унижение и предание имени той, которой все тут поклонялись. Великой магички, которую называют богиней.

— Уйди, сын. Ты будешь только мешать, — обратился к брату отец.

— Что? — воскликнул он и на нем скрестились уже три недружелюбно настроенных взгляда, а мой так вообще обещал кару небесную. — Хорошо, — сник он и горделиво покинул комнату.

— Тяжело с ним, — вздохнув, проворчал отец. — Как ты и сказала, он слишком близорук в отношении причин и следствий. У меня не получается вбить ему необходимые вещи. Я надеялся, что, приняв пост Главы охотников, поумнеет, но, к сожалению, он ни на йоту не изменился.

— Отец, я разговаривала с богиней, и она мне многое сказала: о себе, своих ошибках и о том, что она сделала, — начала я, а остальные внимательно слушали. — Но и дух, и Камитеру поведали, что я должна сначала постичь себя и свои возможности, а в этом помочь можете только вы. Также мне они сказали, что я должна забрать со статуи богини ее оружие: меч, лук и посох.

Видящая и отец задумались.

— Мы тебе поможем, так как ты одна из нас, — рассуждая ответил папа. — Не сомневайся, бросать не собирались и не стоит по одному из нас судить всех.

— А вот оружие сможешь забрать лишь тогда, когда будешь готова и не раньше. Да, возможно, тебе другое сказали и что-то посоветовали, но не стоит. Не спеши, — вмешалась Видящая. — Все будет нормально. Когда готова будешь принять, никто из нас возражать не станет. А пока пошли со мной.

Отец на несколько мгновений посмотрел на нас с сомнением, кивнул и произнес:

— Да, так, наверное, все же будет лучше.

Насчет оружия они согласились, но на своих условиях, которые кажутся приемлемыми, поэтому я не стала возражать, а я отправилась вслед за уходящей куда-то вглубь здания Видящей.